Книга Дурные намерения, страница 84 – Элли Риверс

— Нравится, милая?

Я кивнула, поглощенная мыслями о том, что именно Леви способен сотворить со мной в постели. И с готовностью позволю ему абсолютно все.

— Дай прикоснуться к тебе, — выдохнул он. — Ты кончила от собственной руки. Давай сравняем счет.

— А разве счет не сравняется, если теперь моя рука достанется тебе?

Его губы невесомо скользнули по краю моего уха.

— Мне еще не выпадало удовольствия вслушиваться в каждый издаваемый тобой стон. Сперва хочу насладиться именно этим.

— И... если мы перейдем черту, не возникнет неловкости?

— Никакой. Все останется абсолютно естественным. И даже станет лучше.

— Хорошо, — судорожно выдохнула я, стоило Леви вновь прижаться твердостью к моим ягодицам. — А теперь, пожалуйста, ласкай меня.

— Как раз это я и надеялся услышать, — ладонь скользнула под резинку моих пижамных штанов. — Тебе стоило надеть ту пижаму, в которой щеголяла в нашу брачную ночь. Ту самую, прозрачную.

— Казалось, из-за нее могли бы возникнуть проблемы.

— Подобное зрелище никогда не станет проблемой. Настоящая беда кроется в том, что я могу натворить, увидев тебя в таком наряде.

Пальцы нащупали мое лоно, уверенно сминая источающую влагу плоть, откликающуюся только на него. Я судорожно вздохнула, прикрыв веки, и подалась навстречу. Губы Леви впились в шею, а мои руки зарылись в его темные волосы, отчаянно ища хоть какую-то опору под напором ласк.

Леви двигался неспешно, нежно очерчивая клитор. Слишком много времени прошло с тех пор, как меня ласкал другой человек, и теперь тело пело, отзываясь на каждое прикосновение.

Глубокой ночью я частенько задавалась вопросом: каково это — оказаться с ним в одной постели? Поначалу убеждала себя, что из Леви выйдет эгоистичный любовник, пекущийся лишь о собственном удовольствии. И, судя по тому, как завершился вечер первого поцелуя, я считала догадку верной.

Но теперь осознала свою ошибку. Без единой тени сомнения. Сладкая истома проникала в самые нервные окончания, заставляя выгибаться навстречу нарастающему возбуждению.

— Твои стоны, — прорычал он мне прямо на ухо, — сведут меня в могилу раньше времени.

— Я... я могу вести себя потише.

Его зубы впились мне в шею — предостерегающе, собственнически.

— Только посмей. Загоняй меня в могилу. Или доводи до безумия. Главное — позволь наслаждаться тобой сполна.

В подтверждение своих слов Леви толкнулся пальцами глубоко внутрь, исторгая из меня жалобный стон.

— Черт, повтори.

— С удовольствием.

Ритм движений переменился. Леви скользил пальцами от клитора к самому входу, с каждым разом проникая все глубже. Я шире раздвинула ноги, тихонько заскулив, когда его зубы вновь прихватили кожу на шее. Бедра непроизвольно задергались, стремительно неся меня навстречу оргазму, готовому перевернуть всю жизнь.

— Леви, — выдохнула я. — Да.

Он продолжал сладкую пытку; я зажмурилась, чувствуя, как все внутри плавится от раскаленного добела наслаждения. Оно затопило каждую клеточку тела, заставив приоткрыть рот в немом экстазе.

И, вполне вероятно, окончательно меня разрушило.

Я медленно спускалась с заоблачных высот, все еще тяжело дыша после столь крутого подъема. Стоило перевернуться на спину, как Леви, не теряя ни секунды, властно накрыл мои губы своими.

Но еще ничего не закончилось. Тело хранило фантомное ощущение упирающейся в ягодицы мужской твердости, и я абсолютно точно знала: настала его очередь.