Книга Двухголовый всадник, страница 113 – Наталья Звягинцева

Вскоре небольшой отряд покинул двор усадьбы Власова. Первым летел Саид, за ним вплотную Громов и, отставая на несколько корпусов, Смоловой со своими подчинёнными. Лошадей гнали не щадя, хлестали их плётками, били по бокам шпорами. Пересекли поле и въехали в лес. Пришлось сбавить шаг, чтобы не поломать лошадям ноги и не лишиться глаз от торчащих со всех сторон сучьев. Саид вёл не по проторенной дороге, а напролом.

— Так получится срезать, – кивнул он Громову, – будь наготове.

Василий достал пистолет и, осмотрев его, пристроил на бедре, не убирая пальца с курка. Саид размотал свой кожаный кнут и, словно дикий зверь, принюхивался и прислушивался. Полицейские позади тоже притихли, слышалось лишь шумное дыхание Смолового.

Вдруг совсем рядом впереди раздался выстрел. После чего громкие нечеловеческие вопли разнеслись по лесу, вспугнув сотню птиц.

— Скорее, нам туда. – Саид пустился вскачь прямо сквозь трещавшие по сторонам ветви.

Кони несли в самое густое место ельника, деревья здесь стояли высокие, тёмные, закрывая ветвями небо. Словно сумерки густые сошли на землю. Впереди замаячили фигуры. Влетев в самую гущу событий, Громов соскочил с лошади и бросился искать графа. Саид, раскрутив кнут над головой, отгонял этим самым от себя и от Громова обезумевших мужиков в лохмотьях.

— А ну все разошлись! – с таким воплем на месте побоища появился Смоловой, потрясая табельным пистолетом. – Ребята, вяжите всех без разбору!

Николая Алексеевича нигде не было видно, отчего Василий схватил первого подвернувшегося бродягу и затряс так, что ветхая одежонка на нём затрещала.

— Говори, окаянный, где господин?

— Барин, что ль? – Голос бродяги оказался писклявым. – Так он вона там, за камнем, Агриппину вызволять побежал.

Швырнув бродягу на землю, Василий бросился в ту сторону, куда он указал. Там и вправду стоял огромный замшелый валун. Обогнув его, Громов с облегчением увидел живого Вислотского, тот стоял, приперев к этому камню спиной какого-то лохматого верзилу, по лицу которого струилась кровь, рядом с графом стояла невысокая молодая женщина в мужском облачении.

— Долго же ты, Василий, – не оборачиваясь и пристально смотря на своего противника, процедил граф. – Мешок сюда неси. Да поживее. И Смолового кликни, пусть выполняет то, за что жалованье ему выплачивается.

Спустя пару минут и Громов и Смоловой были рядом, но белокурой красавицы подле графа уже видно не было. Саид с остальными полицейскими вязали тех, кто ещё не успел сбежать.

— Доставай голову, – велел Вислотский адъютанту.

— Какую ещё голову? – возмущённо воскликнул Смоловой. – Вы, ваше сиятельство, случайно, умом не расстроились?

Громов же понял начальника и, раскрыв мешок, с которым весь этот день благодаря графу не расставался, вытянул за спутанные волосы шар с человеческим лицом.

— Это что, та самая с капустной грядки? – изумился полковник.

— Именно, – кивнул граф и отступил на шаг назад, в его руке оказался короткий клинок, который он продолжал держать у самого горла косматого мужика. – Вот его голова.

Оба – Громов и Смоловой – уставились на верзилу, припёртого к валуну. И хоть волосы и борода его были грязные и перепутанные, но черты лица до странности походили на фальшивую голову.

— Знакомьтесь, Родион Романович Власов, – чётко произнёс граф, – он и есть убийца.