Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 72 – Дэшил Хэммет

— Тогда расскажите.

— Никто никогда не нанимал меня для чего-либо, связанного с Дикси Монаханом.

Брайан и Томас переглянулись. Затем Брайан перевел взгляд на Спейда и сказал:

— Но, по вашему собственному признанию, кто-то нанял вас для чего-то, связанного с его телохранителем Тёрсби.

— Да, с его бывшим телохранителем Тёрсби.

— Бывшим?

— Да, бывшим.

— Вы знаете, что Тёрсби больше не работал на Монахана? Вам это доподлинно известно?

Спейд протянул руку к пепельнице, стоявшей на столе, и бросил в нее окурок. И беспечно ответил:

— Мне ничего не известно доподлинно, кроме того, что моего клиента не интересовал Монахан. Совершенно не интересовал. Я слыхал, что Тёрсби увез Монахана на Восток и там потерял его.

И снова окружной прокурор и его помощник переглянулись. Томас не смог скрыть возбуждения за нарочито обыденным тоном:

— Это же меняет угол зрения. Друзья Монахана могли пришить Тёрсби за то, что тот его бросил.

— У мертвых игроков не бывает друзей, – сказал Спейд.

— Это открывает две новые линии расследования, – сказал Брайан. Он откинулся на спинку кресла и уставился в потолок на несколько секунд, а затем быстро выпрямился. Его вдохновенное лицо оратора просияло. – Все сводится к трем версиям. Первая: Тёрсби был убит игроками, которых Монахан кинул в Чикаго. Не зная о том, что Тёрсби бросил Монахана, или не поверив этому, они убили Тёрсби, поскольку знали, что он пособник Монахана, или разделались с ним, чтобы добраться до самого Монахана, или за отказ привести их к Монахану. Версия номер два: его убили друзья Монахана. И версия третья: он сдал Монахана его врагам, а потом поссорился с ними, и они прикончили его самого.

— Или версия номер четыре, – подхватил Спейд с веселой усмешкой, – он умер от старости. Вы же это не серьезно, ребята? Правда же?

Оба уставились на Спейда, но ни один не произнес ни слова. Спейд с улыбкой смотрел то на одного, то на другого, а потом с шутливым сочувствием покачал головой.

— У вас на уме сплошные заговоры, – сказал он.

Брайан хлопнул тыльной стороной левой ладони о правую.

— Решение находится в одной из этих трех плоскостей. – Сила, скрывавшаяся в его голосе, стала явной. Его сжатая в кулак правая рука с торчащим указательным пальцем взметнулась вверх, а затем резко остановилась, когда этот палец уперся Спейду в грудь. – И вы можете снабдить нас информацией, которая позволит нам определить, в какой именно плоскости.

— Да? – лениво переспросил Спейд. Лицо его помрачнело. Он потрогал нижнюю губу пальцем, посмотрел на него, затем почесал им затылок. На лбу прорезались морщины раздражения. Он тяжело выдохнул через нос и недовольно пробурчал: – Вам не понравится информация, которую я мог бы сообщить, Брайан. Она испортила бы весь этот ваш сценарий мести за игорный долг.

Брайан сел прямо и расправил плечи. Его голос звучал строго, но без истерических ноток.

— Не вам судить об этом. Прав я или нет, но я все-таки окружной прокурор.

Спейд приподнял верхнюю губу, обнажив клыки:

— А я-то думал, это неофициальная беседа.

— Согласно присяге я являюсь представителем закона двадцать четыре часа в сутки, – сказал Брайан, – и неофициальный характер нашей беседы не спасет вас от обвинения в сокрытии доказательств преступления. Если, конечно, – он многозначительно кивнул, – исключить определенные конституционные основания.