Книга Хищные создания, страница 94 – Эми Голдсмит

Я прищуриваюсь:

— Рис, ты вообще в порядке?

Он тяжело садится на нижнюю полку.

— Ну… вроде да. Но понимаю, почему ты спрашиваешь. Мне это тоже кажется невозможным.

Я опускаюсь рядом, с досадой замечая, как он слегка отодвигается.

Но потом я вспоминаю плющ, который видела на вторую ночь поездки, – всего один молодой побег, но ведь он тянулся через весь поезд. Почему в тот раз я так быстро об этом забыла?

Я пристальнее вглядываюсь в Риса. Он кажется уставшим. Обеспокоенным. Встревоженным. Чересчур напряженным. Обычно он так не выглядит. Даже не задумавшись, я накрываю его ладонь своей. Он слегка вздрагивает, но не убирает руку. Я вдруг понимаю, что он дрожит. Я понижаю голос, стараясь звучать мягче. Ему явно нужен кто-то, кто его выслушает.

— Ладно, давай начнем с начала. Что именно произошло сегодня вечером?

Он закрывает глаза и начинает говорить.

— В общем… Я не мог заснуть. Казалось бы, должен был спать без задних ног, но вместо этого все крутился и вертелся. Окно было открыто, но в купе почему-то все равно стояла невыносимая духота. – Он сглатывает. – Поэтому я встал и собирался пойти налить свежей воды в бутылку и взять с кухни льда, но, когда попытался открыть дверь, она снова не поддалась. – Он смотрит на меня. – Я ведь уточнял у Шош, спрашивал, может ли такое быть, что кто-то по ночам закрывает наши купе, а она только засмеялась и сказала, что это стало бы отличным поводом для судебного иска. Так что я включил фонарик на телефоне и посветил на механизм двери. Она оказалась права – под защелкой не было никакого засова или чего-то в этом духе. Дверь должна была свободно открываться.

Он все-таки убирает ладонь и проводит пальцами по волосам.

— И, ну, я не знаю… Я вроде как слегка запаниковал и начал дергать дверь туда-сюда, но что-то все-таки не позволяло ей открыться. Я опять посветил фонариком и заметил что-то тонкое в щели между дверью и косяком – какие-то нити или вроде того. Тогда я взял свой нож…

— Ого, у тебя есть нож?

Он корчит мину:

— Да обычный швейцарский карманный ножик. Чаще всего я использую только ножницы и зубочистку. Ну так вот, я просунул его в щель и перерезал то, что там было, и тогда дверь наконец открылась. – Он сглатывает. – А снаружи оказалась целая куча вот этого. – Он кивает на комки побегов на полу, которые теперь выглядят полузасохшими и жалкими. – Прямо возле купе. Это вьюнок. Но им зарос весь коридор и… – он понижает голос и наклоняется вперед, – твоя дверь тоже.

Какое-то время я просто молчу.

Потому что мне совершенно не хочется всего этого слышать.

Мне не нравится этот Рис-детектив с его дикими и пугающими теориями. Я приехала сюда, чтобы прекратить бесконечную ментальную гимнастику. Надеялась на скучную, монотонную работу, а потом – на несколько недель увлекательного путешествия по незнакомым странам, мечтала, как буду лежать на надувном матрасе в бассейне где-нибудь в Средиземноморье и потягивать безалкогольную «Маргариту».

— Слушай, это наверняка какая-то ошибка… Такого просто не может быть, Рис, – произношу я, глядя ему прямо в глаза и понимая, что таким образом посылаю ему неявное предупреждение. – Нас не могут удерживать в купе… растения. Это… просто смешно. И совершенно невозможно.

Рис кивает:

— О, я прекрасно понимаю. И я рад, что мы в гребаном поезде, а не в парке. Но это не отменяет того, что все было именно так. И того, что здесь, по-моему, творится какая-то странная хрень.