Книга Умереть для коллекции, страница 65 – Питер Джеймс

Это было похоже на бесконечную литанию. Перечисляли все, что произошло в стране и о чем Ронни уже знал. А также сообщали, что в скором времени перед народом выступит президент Джордж Буш. Интересно, что он скажет. Тем временем мэр Джулиани направлялся в центр города. Америка подверглась вражескому нападению. Более подробную информацию можно будет услышать по мере ее поступления.

Новый план в голове Ронни постепенно принимал законченные черты.

Сейчас они плавно ехали по широкой и тихой улице. Справа простиралась засеянная травой полоса земли, где росли деревья и стояли фонарные столбы. За ней виднелась дорожка, скорее всего велосипедная, а дальше – ограждение и другая, идущая параллельно улица, вдоль которой были припаркованы легковые автомобили и фургоны, а также стояли многоквартирные жилые дома из красного кирпича, не очень высокие, совсем не похожие на манхэттенские громадины. Через полмили или около того эти дома сменились большими, угловатыми, отдельно стоящими домами, одноквартирными или разделенными на несколько квартир. Район явно процветающий, с обеспеченными обитателями. Жить здесь, наверное, приятно и спокойно.

Они проехали мимо дорожного знака с надписью: «Оушен-парквей».

Ронни заметил медленно идущую по тротуару пожилую пару. Интересно, подумал он, знают ли они о трагедии, которая разворачивается совсем неподалеку, на том берегу реки. Похоже, не знают. Если бы знали, наверняка сейчас прилипли бы к телевизору. Кроме них, здесь не видно ни души. Ну хорошо, в это время дня всю неделю многие обычно сидят в офисах. Но ведь мамаши должны выходить на улицу с младенцами в колясках. Собак тоже надо выгуливать. А куда девалась вечно слоняющаяся без дела молодежь? Нигде ни души. Дорожное движение тоже до странности редкое. Слишком редкое.

— Где мы сейчас? – спросил он водителя.

— В Бруклине.

— Ага, точно, – сказал Ронни. – Все еще Бруклин.

Он увидел вывеску на здании с надписью: «Ешива»^[8]. Казалось, они едут уже целую вечность. Он и не знал, что Бруклин такой большой. Тут очень легко заблудиться или просто затеряться в нем.

В его голове промелькнула строчка из пьесы Марло «Мальтийский еврей», которую они с Лоррейн и Клингерами недавно смотрели в Королевском театре в Брайтоне.

Улица была идеально прямая. Они проехали перекресток, где элегантные дома из красного кирпича уступили место более современным сборным из бетонных блоков. И вдруг он увидел, что они проезжают под темно-зеленой стальной эстакадой городского метро.

— Рашонс, – пробурчал водитель. – Весь этот чертов район теперь сплошные рашонс.

— Рашонс? – переспросил Ронни, не понимая, что водитель имеет в виду.

Тот указал на яркие кричащие витрины. Маникюрный салон. Музыкальная, художественная и спортивная школа имени Шостаковича. Повсюду русские вывески. А вон и аптека с вывеской на кириллице. Если не знаешь русского, то и не поймешь, что это за магазины. А он не знает по-русски ни слова.

Рашонс. Теперь Ронни все понял.

— Маленькая Одесса, – продолжил водитель. – Устроили тут свою громадную колонию, черт бы их всех подрал! Раньше, когда я был маленький, ничего такого тут не было. Перестройка, гласность, так, что ли? Разрешили им ездить по миру, можешь себе представить? И все рванули сюда! Весь мир меняется – понимаешь, о чем я?