Книга Пан Станислав. Атаман, страница 20 – Максим Мацель

Стас так и не смог уснуть в ту ночь. Тесное жилье казалось ему клеткой. Он ворочался на жесткой подстилке, слушая стрекот цикад, и время от времени выходил наружу – вдохнуть полынной прохлады и посмотреть на ледяные, чужие звезды. Мысли его путались, как и планы.

— Ишь, вертится, что бес перед заутреней, – всякий раз бормотал из своего угла обеспокоенный Игнат, когда скрипела тяжелая дверь. Казак не спал, держал ружье под рукой, зная – степь чужаков не любит.

Утром Игнат застал Стаса за работой. Шляхтич сидел на пороге, тщательно выверяя зеркала секстанта. Он решил, что пора кончать с сидением на приколе и начать движение вдоль переволоки к Камышину, попутно исправляя старую карту. На помощь от Пятиизбянского начальства после стычки с разъездом рассчитывать не приходилось. Надежда найти след Чеботарёва в степи была призрачной, но сидеть без дела Стас больше не мог.

— Опять со своим секстанцем обнимаешься, Станислав? – усмехнулся Игнат. – Смотри, доглядишься в него, глаза выскочат. Вчера не до того было, рыжий этот всю душу перевернул, а Прошка-то находку сделал. Эй, Прохор! Тащи свою гляделку!

Прошка быстро подбежал, прижимая к груди что-то, бережно обмотанное засаленной тряпицей.

— Вот, ваше благородие. – Он протянул предмет Стасу. – Вчера на берегу нашел, у самого приплёска, в корнях.

Стас развернул тряпку и опешил. На ладони лежала тяжелая латунная рама, покрытая густой зеленоватой патиной.

— Это же секстант!

— Я и говорю – шестант. Гляделка анжинерная.

— Откуда он здесь? Где именно нашли? – Стас лихорадочно осматривал прибор. – Трубки зрительной нет… И дуга погнута.

— На излучине Иловли, верстах в пятнадцати отсюда, – пояснил Игнат. – Я всё кругом потом оглядел. Ни одного следа. Давно, видать, обронили. Вишь, медяшка как посинела? Всю зиму в плавнях пролежала под снегом.

— Ты часто такое в степи видел, Игнат?

— Секстан-то? Да ни разу! Казак в степи по звездам правит. Это на море на всякой большой бударе такая снасть имеется, а тута от нее толку мало. Воды-то нет.

— Можно и без моря ориентиры наносить. – Стас сел на землю, не выпуская находку из рук. – А ведь это нашего убитого есаула прибор.

— К чему Чеботарёву эта вертелка? – засомневался Игнат. – Может, кто из заезжих обронил?

— В караване секстант не нужен. Они из года в год одной дорогой ходят. А вот у Чеботарёва он точно был. Теперь я понимаю, зачем атаман Иловайский просил с собой такой иметь. Для того дела, что он есаулу поручил, без него никак не обойтись. Может, Чеботарёв вел промеры, чтобы нанести на карту потаенные ерики, которыми вино в Царицын везут… – Стас нахмурился. – Игнат, собирайся в Михайловскую. Находку с собой прихвати. Поспрашивай тайком: не видал ли кто казака с такой гляделкой? А я сам с Прохором на то место, где вы его нашли, прокачусь погляжу.

— Боязно мне вас одних оставлять, Станислав.

— Эх, Игнат. Хорошо тебя Михайло Иванович сейчас не слышит. Был казак, а стал нянькой, – пошутил Стас. – Мы ведь по службе сюда приехали, а не для забав.

— То-то и оно, что по службе. Ты бы ему хоть слух о себе подал, Станислав.

— Как же мне с ним связаться? Он ведь приказал почту не слать, а передавать сведения только с надежными людьми или через военных. Да и сказать ему нечего.