Книга Рожденный, чтобы жечь! 3, страница 28 – Дмитрий Лим, А. Никл

— Девушка, остановитесь! Вы что творите⁈ — взмолился он.

Но Валентина не слушала. Она была одержима жаждой мести. Пламя в ее руках становилось все сильнее и ярче.

В этот момент та самая фигура приблизилась к Кукловоду. Движения ее были плавными и грациозными, словно у танцора. Карлик, все еще излучавший чудовищную энергию, весело подпрыгивал рядом.

— Апути! Апути кука! — радостно восклицал он, как будто предвкушая нечто забавное.

Кукловод смотрел на приближающуюся фигуру с ужасом. Он чувствовал, что от нее исходит нечто, чего он не может понять. Сила, превосходящая все, что он когда-либо видел.

Фигура остановилась прямо перед ним. Не говоря ни слова, она замахнулась и от души дала ему по морде. Удар был настолько сильным, что Кукловод отлетел к стене, ударившись головой о ржавую трубу.

— Вот тебе, гаденыш, за хрен пойми какие мутки! — произнесла фигура, и в ее голосе послышались нотки явного удовольствия.

Валентина, увидев, что ее цель повержена, застыла на месте, как громом пораженная. Огонь в ее руках погас. Она смотрела на лежащего на полу Кукловода, не понимая, что только что произошло.

— Что… что я сделала? — прошептала она, почувствовав облегчение и в то же время ужас.

Фигура обернулась к ней. В полумраке склада ее лицо казалось почти нереальным. На нем играла легкая, загадочная улыбка.

— Да дохера чё, — ответила она, и ее голос звучал мягко и успокаивающе. — Вы типа пропали, а потом херня полная началась. Ну ничё, деваха, Боря пришёл и всё разрулил. А теперь погнали, я жрать хочу.

Она обвела взглядом растерянных людей, которые постепенно приходили в себя.

— Вы свободны, — объявила она. — Вы больше не марионетки. Теперь вы сами хозяева своей судьбы.

Несколько человек попытались поблагодарить ее, но она лишь отмахнулась.

— Не стоит благодарности, — сказала она. — Я просто сделала то, что должна была. А теперь мне пора. Дел еще много.

Она посмотрела на карлика, который смотрел на неё с неприкрытым недовольством.

* * *

— Короче, — Клеменко сидел напротив инструктора, закинув ногу на ногу. — Там было дохера одержимых. Я им по морде дал. Потом нашёл большого кукловода…

— Сильного, — попытался поправить его мужчина.

— Да не, не такой уж и сильный, — парировал Боря. — Короче, я ему нос сломал и душу выбил. Потом, эта ваша, девка, как там её…

— Валентина…

— Заносчивая, которая, — перебил Клеменко, поудобнее располагая Гуглю у себя на коленке. — Она там херь какую-то несла про свободны и всё в том же духе. В общем, задолбала. Короче, фишка в том, что они сидели всё это время на складе. Зачем? Хер его знает, они нам ничего не сказали.

— Они, — начал было инструктор, но тут же осекся.

В его кабинет вошёл высокий мужчина с военной осанкой.

Вошедший мужчина бросил на Клеменко взгляд, прожигающий насквозь, как будто тот был мишенью на стрельбище. Боря не растерялся и в ответ одарил незнакомца своей фирменной обезоруживающей ухмылкой. Инструктор, казалось, уменьшился в размерах и вжался в кресло, словно улитка в раковину.

— Клеменко, — процедил военный, отчего в кабинете повисла тишина, которую, казалось, можно было резать ножом. — Объясните мне, пожалуйста, вот что. Вы, значит, «дал по морде дохренище одержимым», «сломали нос кукловоду», а потом, явились, чтобы рассказать нам эту… эээ… историю?