Книга Одиночка. Том 5, страница 87 – Дмитрий Лим

Теперь в центре зала стояли две группы, разделённые несколькими метрами паркета, но уже психологически окопавшиеся. Капризова слегка повернула голову, её взгляд встретился со взглядом старшего из новых гвардейцев.

Я, чувствуя себя живым буфером между этими двумя силовыми полями, решил действовать.

— Мария Евгеньевна, — сказал я, делая шаг вперёд, что автоматически вызвало микроскопическое движение моей и её охраны, — это действительно была случайность. Полагаю, лучшим выходом будет позволить вам продолжить ваш день без дальнейших помех.

Я говорил максимально официально, пытаясь перевести ситуацию в бюрократические рамки.

Романова, казалось, немного оттаяла после моего вмешательства. Она игнорировала Катю Крог и её гвардейцев, сосредоточившись на мне.

— Александр, вы, кажется, всегда оказываетесь в центре… необычных ситуаций. — Она сделала паузу. — Вы, случайно, не собираетесь на бал завтра?

— Случайно собираюсь, — ответил я, чувствуя, как этот простой вопрос снова меняет динамику. Катя Крог мгновенно нацелилась на Романову, как радар. — Я буду присутствовать.

— А с кем? — продолжила Мария Евгеньевна, её голос звучал почти непринужденно, но глаза внимательно изучали мою реакцию. — Вы уже выбрали, кого будете сопровождать?

— Он будет со мной, — отчеканила Крог, прежде чем я смог открыть рот. Она сказала это не как заявление, а как факт, имеющий силу природного закона. — Я его сопровождаю.

Я увидел, как лицо Марии Евгеньевны слегка изменилось. Не явное разочарование, но что-то вроде лёгкой тени, которая прошла по её взгляду, мгновенное затемнение. Она выглядела… заметно погрустневшей. Это было странно и неуместно, и это заставило меня действовать.

— Я пообещал Дмитрию Крогу сопроводить его сестру на этот бал, — сказал я чётко, обращаясь непосредственно к Романовой, но фактически объясняя это всем присутствующим. — Это дело семейной чести и предварительной договорённости.

Мои слова установили формальную причину, рамку, которая отчасти объясняла моё присутствие с Катей и её «гвардейцами». Катя Крог лишь слегка подняла брови, принимая это как должное, но её глаза всё ещё были прикованы к Романовой, оценивая эффект.

Мария Евгеньевна медленно кивнула:

— Дмитрий Крог… конечно, — сказала она, и её тон стал чисто светским, холодным. — Тогда вам стоит быть осторожнее с оценкой аксессуаров, Александр. Бал — не бутик. Там пространство тоже общее, но столкновения могут иметь более серьёзные последствия

Она бросила последний сложный взгляд — смесь недоумения, лёгкой обиды и того же аналитического интереса, — затем повернулась к своей охране:

— Пойдёмте.

Она ушла со своей свитой, не взглянув назад. Продавщица начала тихо собирать разбросанные по паркету заколки. Мои гвардейцы расслабились, вернувшись в режим пассивного наблюдения.

* * *

Ночь после бутика выдалась беспокойной. Я лежал в спальне, вслушиваясь в тиканье напольных часов. События дня прокручивались в голове бесконечной петлёй: падение, вес Романовой, стальной голос Капризовой, ледяная формальность отступления Марии Евгеньевны. Но всё это было лишь фоном, человеческим шумом, за которым маячила нерешённая, куда более фундаментальная задача.

С мысленным вздохом я вызвал интерфейс Системы. Он развернулся в темноте перед глазами — холодное сияние линий и букв. Там, в углу, безмолвно пульсировала иконка невостребованной награды: