Онлайн книга «Тринадцатый шаг»
|
Она достает из-за двери пластиковый пакет, встряхивает его, раздувая кисловатую вонь, и достает оттуда ком спутанных свиных кишок. Тушеными в соевом соусе и сахаре до красной корочки свиными кишками, тушеными без специй свиными кишками она проявляла любовь ко мне – Пристроившись на корточках поверх перекладины, ты нам говоришь, что он когда-то тебе это говорил – Она заявляла, что вам, Дацю и Сяоцю, надо есть супчик, а потроха пусть папа кушает, особенно тот конец, который когда-то служил свинье задним проходом – его обязательно должен папа съесть. У папы от нехватки энергии ци прямая кишка вываливается, а вот свиные кишки подтягивают кишку и укрепляют ци, этот народный рецепт отыскала ваша третья тетка. К чему бежать к врачу по любой надобности, если даже тяжелые недуги лечатся народными средствами, съел – и здоров. Считай, что тебе очень повезло с такой добродетельной женой, как я, согреваю я тебя вниманием, болею за тебя и люблю тебя, если бы я о тебе не заботилась, ты давно уже попал бы к нам в «Прекрасный мир» и стал бы черной тучкой в небе… — Хватит икать, у меня для тебя штрафное наказание, мозгами шевели и иди кишки мой! — По какому праву ты меня кишки мыть отправляешь? – бормочет учитель физики. – Неужели выдающемуся народному учителю такое применение уготовано? — Чушь собачья! – Ли Юйчань выбрасывает вперед ногу и почти что заезжает учителю физики по спине. – Боишься мыть? — Наоборот, отмою наперекор тебе! – злобно шипит он, хватая вязанку потрохов и устремляясь вон, будто тянущий за собой шланг пожарный. Намывая кишки, он забывает об икоте. Скользкие и гладкие кишки живо плавают в глиняном тазике, напоминая угрей в пруду. Ты нам поясняешь, что он вдруг припоминает сюжет про то, как Чжу Бацзе обернулся сомом и начал хаотично шнырять меж бедер женщин-оборотней[16], и прыскает, чем навлекает гнев Ли Юйчань. Соды возьми! Бестолочь! Кабинетный червь! Тупица! – Это ты повторяешь слова Ли Юйчань. Все, что говорит Ли Юйчань, – истина, но ничему из того, что она говорит, верить нельзя, утверждаешь ты. Он говорит нам, что ты думаешь про древнее изречение: «Нитка судьбы сведет супругов, даже если их разделяют тысячи верст» – это, конечно же, безукоризненно верно, поправдивее законов физики. В былое время радостно дрожали белые тополя, только обронившие похожие на волосатых гусениц цветы, напомнили деревья охваченных любовью женщин; источаемый топольками запах был ароматом любви, и пронзил он твое сердце острой стрелой. — Выворачивай! Или тебе нравится есть свиной кал? Соды добавь! После соды кишки становятся еще более изворотливыми. Марш! Золотистые лучи солнца высвечивают счастливые улыбки на лицах собравшегося люда. В дворике дома на краю дороги цветут пышные подсолнечники. Все сущее растет благодаря солнцу, время утекает водным потоком, путь в большом море прокладывает кормчий[17]. Эту песню всякий спеть сможет, говоришь ты, душой ее споет немой. Утро в маленьком городе – красивое утро. Уютно-медовое и чуточку терпкое это воспоминание. Дождь и роса увлажняют могучие хлебные всходы. Громко заходится репродуктор. Алеет Восток, восходит солнце; заря напоминает розу, пропитанную росой. Бежит-бежит-бежит, уходит-уходит-уходит, в один миг проходит, уходит в один миг, походят на свежепокрытые лаком жерди в чугунной ограде народного парка вертящиеся спицы, пока я на ходу. Ревет одинокий тигр за будто вертящейся, но на самом деле не вертящейся железной оградой. Гремит, крях-кряхтя и пищ-пища, доставляющий молоко трицикл. Свежий, бодрящий запах молока и пахнущий баранчиком только пробудившийся теленок. В один миг промелькнуло ее порозовевшее лицо, но глубокое, отчетливое впечатление о нем врезается тебе в грудь чувством, в котором уже не страшишься ни жизни, ни смерти: поверх чуть-чуть вздернутой верхней губки видишь ты сочно-зеленые усики. Сильно пугают тебя эти усики, чувствуешь ты, как обе твои почки с бам-чпок бацают друг о друга медными тарелками, чудесные переливы трясутся у тебя под ребрами. И ты признаешь, что девушка с раскрасневшимся личиком и сочно-зелеными усиками над верхней губой – наикрасивейшая женщина в Поднебесной, особенно оттого, как ее шею в придачу ко всему обвивает шелковый платок яблочно-зеленого цвета… Скользь-скользь… Вжик-вжик… |