Книга Тринадцатый шаг, страница 121 – Мо Янь

Совсем недавно он вообразил, что его окружают десятки непроглядно темных глазков фотокамер. И вот теперь действительно появились семь фотоаппаратов в руках у семи журналистов, с разных ракурсов снимают они красивые цветы и травы, выросшие у сточной канавы. Запахи из сточной канавы естественным образом наводят мысли учителя физики на запахи из располагающегося неподалеку учебного корпуса средней школы № 8.

Сказитель наводит нас на мысль: как же хорошо, что камеры не фиксируют запахи. Все отснятое ими станет кадрами на экранах телевизоров во множестве домов или фотографиями, отпечатанными на обложках журналов.

Фотографы зачастую видят только красоту перед глазами, не замечая дорогу под ногами, так что с точки зрения учителя физики напоминают фотографы физические объекты, которые неуверенно двигаются наобум. Он обращает внимание, как журналист с особенно длинным туловищем и особенно коротенькими ножками колесом выкатывается на тот деревянный мостик, по которому люди сведущие никогда не ходят, – Он хочет снять с моста красные цветы у края канавы – Ты слышишь, как болезненно охает мостик, видишь, как прогибается и трескается мостик. Коротконогий журналист со своей камерой на плече вслед за изгнившим материалом летит в сточную канаву. Происходит все это единой вспышкой, и только окунувшись в сточные воды, журналист кричит о помощи. Ты было собирался увернуться от этого происшествия, но твое тело словно под действием инерции противится намерениям – Намерения устремляются назад, а тело бросается вперед. Воды в канаве вроде как неглубокие, но уже возможно смочили они журналисту зубы, и ему, похоже, что-то вцепилось в палец ноги, так что, если не прийти на помощь, – он, скорее всего, умрет.

Учитель физики подхватывает деревянную планку с гвоздями, протягивает, давая журналисту вцепиться в деревяшку, и затем всеми силами вытягивает его на край канавы.

Учителю физики неведомо, что завтра в левом нижнем углу первой полосы городской газеты опубликуют крупную фотографию, которую подпишут «Спасение утопающего» и еще дополнят описанием на пять строчек.

Теперь уже учитель физики по-настоящему, а не в полугрезах стоит у прилавка магазинчика. Этой уединенной железной хижинке на две комнаты противостоят несколько десятков ив с грациозно колышущимися ветками, между ив буйно разрослась полынь, временами там появляются и тут же исчезают дикие зайцы да брошенные псы и кошки; только вдалеке видны тени людей. Стоит учитель физики у пустого прилавка и вдруг думает: «А кому она товар продает?»

Из глубин железной хижинки протискивается хозяйка магазинчика, тыльные стороны ладоней ее не смазаны дешевым ракушечным маслом, не исходит от нее бьющего в нос аромата, и тем более уж не расплывается она в улыбке. На суровом белесом лице глаза и рот кажутся язвами.

— М-м-м! – Ты слышишь звук, раздающийся у нее из носа, а заодно и голос, струящийся у нее изо рта: – Ха! Ха-ха! Ха-ха-ха!

Чувствуя во всем теле дискомфорт от богатых на смыслы звуков, он говорит:

— Пачку сигарет купить пришел…

— А не ты разве признавался недавно, что бросил курить? И не ты ли носишься по улицам, изображая из себя образцового учителя на все века?^[103] – с ехидцей интересуется хозяйка.

— Не говорил я, что бросил курить…