Книга Ну и шутник же вы, мастер, страница 9 – Мо Янь

Рябой дядя Ма аж моргнул, подошел и подергал товарища Лао Дуна за рукав:

— Ну полно, полно, товарищ Лао Дун! Вам, такому знаменитому ветврачу, не к лицу сердиться на этого глупого теленка. Лягни он вас по ноге, мы бы уже места не находили, а вот если бы по яйцам попал… мы бы себе этого никогда не простили!..

— Ах ты, рябая твоя рожа! – сверкнув глазами, выкрикнул товарищ Лао Дун. – Хрен ты меня на подколки возьмешь и позорищем выставишь. Да будь не то что бык – хоть слон, хоть тигр, я сегодня же его уделаю!

— Да оставьте же, товарищ Лао Дун… – взмолился рябой дядя Ма.

Но ветеринар уже засучил рукава, затянул ремень потуже, собрался с духом и рванул вперед, как разъяренный тигр. Двуспинок тоже рванул вперед, волоча за собой дедушку Ду. Тело старика откинулось назад, а сам он орал во всю глотку:

— Бригадир! Не удержу!..

— Не удержишь – клянусь, тебе самому яйца отрежу, сукин ты сын! – громко пообещал рябой дядя Ма.

С этими словами он бросился вдогонку беглецам и помог дедушке Ду оттащить Двуспинка обратно.

— Похоже, придется нахрапом.

— Это как? – уточнил рябой дядя Ма.

— Привяжи эту тварь к иве покрепче.

Дедушка Ду привязал Двуспинка к иве покрепче.

Товарищ Лао Дун поднял голову, окинул дерево взглядом и велел:

— Тащите две веревки и жердь.

— Что, будем связывать? – нахмурился дедушка Ду.

— С таким мерзавцем только так и можно, – буркнул ветеринар.

Рябой дядя Ма тут же велел Хоу Ба бежать к кладовщику за веревками и жердиной. Хоу Ба немедленно затрусил в кладовую.

Товарищ Лао Дун достал из кармана сигарету и закурил. Казалось, настроение его заметно улучшилось. Он вытащил еще одну и бросил рябому дяде Ма, который немедленно рассыпался в благодарностях.

Дедушка Ду жадно втягивал носом воздух, пытаясь привлечь внимание ветеринара, но тот даже не взглянул в его сторону.

— В прошлом году в госхозе Цзяохэ был один дикий мул, настоящее исчадие ада, – сообщил товарищ Лао Дун рябому дяде Ма. – Целых три яйца отрастил, лягался, кусался, никто близко подойти не смел. И чем все кончилось? Я, как обычно, его таки охолостил!

— Да я же всегда говорил, вам хоть тигра приведи – и того охолостите! – ответил дядя Ма.

— Если раздобудешь тигра, я и с ним управлюсь, – прихвастнул товарищ Лао Дун. – Нет болезни, которую нельзя вылечить, и нет скотины, которую нельзя охолостить.

— Ну и свистун, даже поддувать не надо! – пробормотал себе под нос дедушка Ду, презрительно скривив губы.

Товарищ Лао Дун взглянул на него, но ничего не ответил.

С жердью на плечах и веревками в руках примчался Хоу Ба.

Товарищ Лао Дун свирепо затянулся еще пару раз и швырнул окурок на землю.

Я метнулся, как коршун, поднял бычок кончиками пальцев и с наслаждением затянулся.

— Лохань, дай затянуться! – заныл рядом Сяо Лэ. – Ну дай хоть разочек…

Я выплюнул окурок, отделив последние крошки табака от бумаги, и, злорадно усмехнувшись, сказал:

— Ну давай, затягивайся!

— Помяни мои слова, Лохань, придет день, когда я тебе понадоблюсь, и вот тогда!.. – посулил Сяо Лэ.

Рябой дядя Ма прогнал нас в сторону. Несколько зевак по их с товарищем Лао Дуном указаниям подсунули жердь под брюхо Двуспинка, протолкнув ее в щель между задними ногами и животом. По команде товарища Лао Дуна мужчины с обоих концов жерди дружно напряглись, и задние ноги быка оторвались от земли. Но бык все равно продолжал извиваться всем телом. Товарищ Лао Дун лично взялся за дело: обвязал задние ноги Двуспинка веревкой и передал концы стоящим рядом, чтобы те натягивали в разные стороны. Затем он приподнял его хвост, привязал к другой веревке, перекинул через ветку ивы и натянул. Конец он бросил мне и велел: