Книга Может быть, однажды, страница 95 – Дебби Джонсон

Взяв из его рук лист бумаги, я искренне благодарю Шона. Он снова краснеет и произносит:

— Не за что. Я и свой номер телефона там записал. На всякий случай. Вдруг вам понадобится проводник по окрестностям.

Шон возвращается к работе, а Майкл, перегнувшись ко мне через стол, шепчет:

— А ты знаешь, что «проводник» – это по-ирландски «бурный секс»?

Бросив в Майкла салфеткой, я пробегаю глазами информацию, которую записал для нас Шон. Ничего нового, честно говоря, все это мы и так знаем. Однако я увидела фотографию – настоящую фотографию Джо. Я точно знаю, что он помог отремонтировать этот прелестный одинокий домик на холме, в котором я теперь сижу, и еще я знаю, что он переехал в Корнуолл.

Корнуолл – графство большое, и я не представляю, каким должен быть наш следующий шаг. Задача перед нами стоит огромная и неподъемная.

— Выйду покурить, – говорю я и встаю, не забыв прихватить рюкзак.

— Ты же не куришь, – любезно напоминает Майкл.

— Это такой пароль, значит, мне надо побыть одной, – без колебаний отвечаю я и направляюсь к двери.

Присмотрев местечко у края обрыва, я сажусь, свесив ноги, и смотрю на сверкающее в солнечных лучах море, пытаясь придумать план. Вид с холма открывается потрясающий, но найти ответы на бесчисленные вопросы это не помогает. Неужели придется ехать на другой конец страны и начинать поиски сначала? Даже подумать страшно.

Открыв детский рюкзачок с бесценным грузом, я вынимаю из него конверт, на котором написано: «Открой меня, когда тебе захочется сдаться», и осторожно его открываю.

«Помнишь те дни в больнице, когда медсестры пытались помочь тебе ухаживать за малышкой? Показывали и объясняли, как кормить, купать и пеленать? Они очень старались рассказывать обо всем терпеливо, но я видел, что ты была в ужасе. Ты не представляла, что нужно делать, и никто, казалось, не мог тебе помочь. Когда мы приехали с нашей дочкой домой, стало еще страшнее – я видел, как ты тайком смахиваешь слезы, как злишься всякий раз, когда она плакала или отказывалась брать грудь.

Однако еще я помню, как однажды пришел домой с работы, Грейси тогда было несколько месяцев, и нашел вас на диване в гостиной – вы крепко спали. Она прижалась к твоему плечу, и вид у вас был такой мирный. Такой довольный. Я навсегда сохранил в памяти ту картину и часто вспоминаю вас такими. Она была сыта, счастлива, а ты наконец спокойна и довольна. Ты начинала верить, что сможешь стать матерью. Все, что не давалось вначале, стало получаться естественно. Все трудности, которые так тебя пугали, ты преодолела. Ты стала мамой, и у тебя все прекрасно получалось.

Джесс, ты не превратилась из перепуганной девушки в заботливую мамочку в одночасье. Ты прошла длинный путь благодаря решимости, терпению и упорному труду. Ты шла шаг за шагом и никогда не сдавалась, ни разу не отступила. Всегда помни, на что ты способна».

Сложив записку, я закрываю глаза и греюсь на солнце – где-то рядом жужжат насекомые и визгливо покрикивают чайки. Я помню те дни, помню, как тогда было трудно, но и как мы были счастливы, тоже помню.

Джо прав – было трудно. Но оно того стоило.

Я встаю на ноги, отряхиваю с джинсов прилипшие травинки и возвращаюсь в паб.

— Ну что, – говорю я Майклу и Белинде, которые отрываются от пинт с пивом, – кто со мной в Корнуолл?