Книга Может быть, однажды, страница 45 – Дебби Джонсон

Интернет может увлечь в неожиданную одиссею: например, отыскивая имя певицы, чей голос звучит по радио, вдруг обнаруживаешь, что прицениваешься к домам или квартирам в городке, из которого таинственная певица родом, или вдруг получаешь рекламные объявления о распродаже дешевых копий платья, в котором эта дива появилась на церемонии вручения «Грэмми».

Мне не хотелось отправляться в такую интернет-одиссею в поисках Джо. Конечно, можно сузить круг поисков и найти того самого Джо Райана, однако меня всякий раз что-то останавливало. Здравый смысл. Трусость. Сочетание того и другого.

Я закрывала окно поиска и приказывала себе прекратить всякие глупости, потому что прошлое давно быльем поросло, и к чему выяснять, что стало с Джо – он ушел, когда я была в больнице, куда попала из-за нервного срыва после смерти нашей дочери. Нет, я не испытывала к нему ненависти, я понимала, что он тоже был убит горем и подавлен, но и помнила, как тогда он причинил мне боль, сильную боль, совсем не нужную.

А теперь все изменилось. Оказалось, что тогда все было не так. Никакой боли он мне не причинял, или она пришла не от него. Может, и не стоило проводить в одиночестве все эти годы. И сожаление, с которым я всегда вспоминала о том, как оборвалась по его вине наша любовь, тоже было лишним.

Заперев входную дверь, я еще раз обхожу дом. До сих пор непривычно оказаться в этих стенах одной, хоть мама и умерла больше недели назад. Мне все кажется, что пора бы сделать что-то привычное и важное – выложить одежду из комода, или сложить грязное белье в стиральную машину, или наполнить мамину коробочку с лекарствами на завтра. Кажется, что я должна поговорить с мамой, успокоить, помочь ей перебраться из гостиной в постель, стараясь не уронить ее достоинства, пока мы бредем по коридору и она цепляется за мою шею дрожащими руками с вечно холодными пальцами.

Но теперь я одна. Отправляю короткое сообщение Майклу, чтобы подтвердить – со мной все в порядке. Перекладываю письма и открытки в коробку, но на этот раз в том порядке, в каком они были отправлены. Наливаю стакан воды и прихватываю заодно и остатки джина.

С телефоном, напитками и коробкой с письмами я поднимаюсь по лестнице в спальню. В этой комнате я спала с раннего детства – здесь высокие потолки и широкие окна. Сколько воспоминаний хранят эти стены!

Я играла здесь совсем маленькой, устраивала кукольные чаепития. Смеялась со школьными подругами, слушая, как Сир Микс-э-Лот распевает о больших задницах, и вздыхая по Эдварду Руки-ножницы. Здесь я мечтала о Джо с нашей первой встречи, лежа на кровати, воображала, как он целует меня, обнимает, как занимается со мной любовью – воображала так, как способна девочка, которая никогда ничем подобным не занималась. В надежде, что и он, возможно, испытывает к ней такие же чувства.

И вот я снова здесь. По-прежнему мечтаю. Воображаю. Надеюсь.

Я ложусь в постель, и гладкие хлопковые простыни приятно холодят разгоряченную кожу. Распечатав первое письмо, я погружаюсь в чтение.

26 июня 2003

Привет, Бэмби!

Пишу, потому что к тебе не пускают, милая, и я не знаю, что еще сделать. Я пытался, и не раз, но через охрану у дверей заведения, в которое тебя увезли, мне не прорваться. Я не считаюсь твоим родственником, а твоя мама не отвечает на звонки. Никто меня не слушает. Я даже не знаю, получишь ли ты это письмо, но хотя бы попробую.