Книга Рождественские тайны книжного магазинчика, страница 55 – Коллектив авторов, Отто Пензлер

— В смысле?

Пенцлер как-то странно посмотрел на меня:

— Я звонил ему домой, но попал только на его автоответчик.

— И оставили сообщение.

— Да.

— Смог бы он услышать ваш голос, лежа в постели?

Отстраненный взгляд.

— Полагаю, что да. Я как-то бывал у него дома, и дверь в его рабочий кабинет находится прямо рядом с его спальней.

Я кивнул.

Пенцлер немного выждал – нетерпеливо, но вежливо, – прежде чем спросить:

— Ну, вы что-нибудь выяснили?

— Да.

— И что же?

— Думаю, я все понял, но хотел бы изложить вам все по порядку, прежде чем поделиться своими выводами.

— О боже… Все так плохо?

— Это уж вам судить.

Пенцлер попытался расслабиться:

— Ладно, выкладывайте.

Я достал картотечные карточки, на которых делал записи:

— Итак, пропали три предмета, каждый из которых принадлежал какому-то известному, но давно умершему автору детективов. Подозреваются три нынешних писателя, один из которых даже проявлял интерес к этим артефактам на протяжении многих лет. А теперь: никто из ваших друзей не мог знать, имеются ли и другие потенциальные подозреваемые – другие люди, которые побывали в вашей библиотеке в один из трех дней, о которых идет речь. Однако как минимум у нас есть эти трое.

— Да, но вернемся к вашему предыдущему пункту. Мори, Таня и Кайл бывали здесь по отдельности, так что даже они не могли знать друг о друге.

— Я как раз к этому подхожу. Все трое знакомы друг с другом. Первый сказал мне, что они вместе работали в комитете по присуждению литературной премии. Вторая, похоже, знала, что я уже побывал у первого, и просто «случайно» упомянула трех известных авторов, которым некогда принадлежали пропавшие артефакты. Третий утверждал, что даже не разговаривал с вами, но вдруг ни с того ни с сего поделился задумкой романа, к которой наверняка не возвращался годами, – о вещах, которые могут быть дороги кому-то, размышляющему о собственной смерти. Он использовал выражение «мементо»…

— Минуточку, Джон! Ваш третий автор – это явно Кайл, но кто был первым – Таня или Мори?

— В каком-то смысле это не имеет значения, потому что они не могли знать, кто это мог быть.

— Простите?

— С кого из них вы – или, как оказалось, я как ваш представитель – могли бы начать.

Пенцлер покачал головой.

— Вы хотите сказать, что они все в этом замешаны?

— Да.

— В сговоре с целью кражи – или же навязанной «продажи» этих предметов?

— Нет. Эти артефакты – это всего лишь предлог, а не причина. Примерно как эта редкая книга, которую я привез вам из Бостона.

— Предлог? Тогда какого черта они делают?

— Делают вам подарок.

— Ч-что? – опешил Пенцлер.

— Подарок. На Рождество.

— Джон, с вами всё в порядке?

— Вы были добры ко всем трем этим писателям, Отто. Они знали друг друга по работе в этом комитете, и один из них не уверен, что доживет до следующего декабря. Что может быть лучшим подарком для вас, чем реальная детективная история?

— Детективная история?

— В которой вы участвуете в качестве мнимой жертвы.

Пенцлер сидел, изумленно моргая. Он дважды открывал рот, чтобы что-то сказать, но каждый раз закрывал его, чтобы еще немного подумать. Затем одарил меня понимающей улыбкой:

— Мори… Бьюсь об заклад, это была его идея.

— Я тоже так думаю, поскольку остальные наверняка не знали о его интересе к этим трем предметам.