Книга Девушка из номера 11, страница 26 – Рут Уэйр

— Знаете, я ведь прочел, дорогая.

— Что прочли? – пробормотала я, пытаясь побыстрее проглотить тост, и, естественно, закашлялась. Где же чертов сок бузины? – Вы о новом проекте Бена, о путешествиях без самолетов?

— Да нет, что вы. Полемику о бронировании железнодорожных билетов оставим вечным бродягам-студентам и таким специалистам, как наш друг мистер Говард. Нет, я насчет вашей «Темной воды».

— «Темных вод», – довольно резко поправила его я.

Я снова почувствовала себя неуютно, как пару часов назад при разговоре с Беном. Неприятно было сознавать, что, хотя ничего ужасного я в книге об Александре не сказала, однако особой доброты к его герою тоже не проявила. Вывела почти комичный образ, позволяющий разрядить гнетущую атмосферу. Интересно, как он на это среагировал?

— Знаете, дорогая, кто-то мог бы превратно истолковать значение моего персонажа, – продолжил Александр, изучая меня поверх фужера с шампанским. Его округлое лицо показалось мне довольно суровым, но тут он не выдержал и слегка улыбнулся. – К счастью, я обладаю неплохим чувством юмора.

— Видите ли… – немного покраснев, вздохнула я. – Автор очень зависит от редактора. Издательство требовало широких ярких мазков, цепляющих внимание читателя. Поэтому кое-где был перебор. На самом деле мне не хватило объема, чтобы отдать должное всем, кто присутствовал на борту. Надеюсь, вы не в обиде?

— В обиде? Нет, конечно. Не зря ведь Бард Эйвона говорил, что зрелище – это петля^[8]. Вас обязывает сюжет, я понимаю. Так или иначе, восхищен вашей смелостью.

— Ну насчет смелости я не уверена.

Я не скромничала. У меня было время поразмыслить о своих действиях на «Авроре», целых несколько лет, и я все больше приходила к выводу, что никакой смелости я тогда не проявила. Мной руководил подсознательный импульс, природу которого я до сих пор не вполне поняла. Нечто вроде комплекса спасителя, неспособности пройти мимо несправедливости, оставить человека в беде. Такова одна из особенностей моей натуры, причем не самая любимая. Из-за нее я не раз попадала в неприятности.

— У меня тогда не было выбора. Во всяком случае, такое складывалось ощущение.

— О, я не имел в виду ваше поведение на лайнере, – неожиданно возразил Александр.

— Что же тогда? – нахмурилась я.

— Я о книге. Вы сровняли с землей влиятельных людей, дорогая. Раскрыли секреты некоторых весьма состоятельных дельцов. Не все вам за это скажут спасибо.

— Они все мертвы, – отрезала я. Его слова выбили меня из колеи. – Ну или почти все.

— Нет-нет, – погрозил мне пальцем Александр. – Богачи на самом деле не умирают – уж кому, как не вам, об этом знать.

— Хм, а я вот не сомневаюсь, что они умирают ровно так же, как все остальные, – парировала я.

Александр мог молоть что попало, наслаждаясь звуком собственного голоса, но если серьезно – что он хотел сказать?

Собеседник лишь покачал головой и наклонился ко мне, словно собираясь поделиться секретом. Его дыхание отдавало вином и парфе из козьего сыра.

— Конечно, умирают. Sans doute^[9]. Зато продолжает жить их богатство, а с ним и влияние. Деньги вечны, Лора. И тайны – тоже. Многие желали бы, чтобы ваша книга не была написана.

Наступило долгое молчание. Я уставилась на Александра, гадая: что же он пытался до меня донести? Предупреждал, угрожал?