Книга Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь, страница 81 – Пер Якобсен

Эта шутка – еще одна рождественская традиция в семье Грей. В разные годы ее произносят то Бет, то Адам, но звучит она непременно.

— Очень смешно, мам, – сухо отвечает Эбби, прежде чем усесться на пол рядом с Хлоей и ласково обнять ее за плечи. – Желтый – от меня. Можешь распечатать, если хочешь.

Ей не приходится напоминать дважды: рука Хлои взлетает и хватает подарок в мгновение ока.

— Там что-то гремит, – говорит она, поднося подарок к уху и встряхивая.

— Эй, так нечестно! Просто открой.

Хлоя закатывает глаза, словно восклицая «зануда!». Потом кладет подарок на колени и начинает распаковывать.

Адам знает, что лежит в большой коробке, и ему нелегко сохранять незаинтересованное выражение лица, пока Хлоя с нарастающим недоумением разворачивает первый, второй, третий и четвертый слой оберточной бумаги, после чего натыкается на пакет с пластмассовыми пуговицами, которые они добавили, чтобы коробка гремела, когда она ее потрясет.

— Это… пуговицы? – спрашивает Хлоя. – И что мне с ними делать?

— А ты попробуй открыть пакет, – советует Эбби.

Хлоя – все еще недоумевающая, но готовая к сюрпризам – открывает пакет и сует руку в пуговицы. А когда вытаскивает – в ее руке два маленьких листка бумаги.

— Что это… нет! Серьезно? – ахает Хлоя, потрясенно глядя на сестру. – Да ты шутишь!

— Не-а. Два билета на концерт «Нео-Неона». Для нас с тобой. Мама с папой сказали, что отпустят нас вдвоем.

— Если мы сами вас отвезем и потом заберем, – добавляет Адам.

— Да, да. Они нас отвезут и заберут, – повторяет Эбби, тряся головой. – Ну, что скажешь? Круто? Концерт твоей любимой группы – и ты идешь со своей любимой сестрой…

— Это лучший подарок в моей жизни, – говорит Хлоя, утирая глаза. – Честное слово. Спасибо, Эбби. Я… я тебя люблю!

— Пожалуйста, сестричка. Я тоже тебя люблю.

За спинами девочек Адам переглядывается с женой, и она кивает, зная, что он думает.

Мы правда справились. У нас получилось.

Все четверо вздрагивают от резкого металлического звонка на двери, внезапно прорезавшего воздух.

— В рождественское утро? – бормочет Адам себе под нос, щуря глаза. – Наверное, какая-то ошибка.

Он глядит на Бет, будто у нее могут быть какие-то идеи, но она лишь пожимает плечами.

— Пойду посмотрю, – говорит Адам. – Не ждите меня, открывайте следующий… но держите свои грязные лапы подальше от моих.

— О, непременно, – отвечает Бет, смеясь и подмигивая дочерям. – Правда же, девочки?

— П-р-р-р-р-авда!

— Не очень убедительно, – хмыкает Адам, разворачиваясь и направляясь по коридору ко входу.

В коридоре темновато, поэтому он инстинктивно тянется к стене и ведет пальцами по деревянной панели, пока не нащупывает выключатель.

Но так и не зажигает свет, потому что его взгляд привлекает кое-что другое. Что-то, от чего кровь застывает у него в жилах, превращаясь в ледяные кристаллы.

Он смотрит на матовое стекло входной двери. По ту сторону что-то есть.

Там что-то висит.

Адам заставляет себя сделать шаг вперед. Потом еще один. Ему не хочется, но он должен узнать наверняка.

И узнаёт, когда контуры становятся резче и алый цвет рождественского чулка проступает через матовое стекло. Словно кровь.

Дорогой читатель,

Добро пожаловать в послесловие. Читали вы этот роман, чтобы добраться до него, или нет, я в любом случае рад, что вы закончили, – и надеюсь, что вам понравилось.