Книга Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь, страница 80 – Пер Якобсен

— Я тебе верю, – говорит Хлоя, и это правда. Но все равно слезы выступают у нее на глазах. – А как ты сама? В порядке?

— Да, я в норме. Царапина на спине выглядела жутковато, но ее помазали обезболивающей мазью, так что я ничего не чувствую. Плечо тоже немного ломит, но это мелочи, и врачи говорят, что все будет хорошо – главное, чтобы инфекция не попала. Не хочешь спросить, что я держу за спиной?

Хлоя наклоняет голову и глядит на Эбби, которая и правда держит за спиной одну руку.

— И что у тебя там?

— Та-дам! – восклицает Эбби, доставая коробку с настольной игрой. Старой версией «Монополии». – Это диснеевское издание. С замками Спящей Красавицы вместо отелей. Нашла в комнате ожидания. Я подумала, мы могли бы сыграть. Надо же получить удовольствие от сочельника, хоть мы и встречаем его в больнице, согласна?

На мгновение Хлоя отводит взгляд. Потом опять смотрит на сестру – сквозь пелену слез – и кивает:

— Я с радостью, Эбби. Отличная идея.

— Бет? Ты не спишь? Девочки проснулись. Я уже слышу, как они там шуршат.

Бет продирает глаза и потягивается под одеялом. Потом быстро садится.

— Сегодня же утро Рождества! – говорит она. Как будто ему нужно напоминать.

— Вот именно, – отвечает он, после чего берет ее левую руку и целует в ладонь. Адам стал делать так каждый день с тех пор, как она лишилась двух пальцев. Конечно, Бет говорит, что совсем об этом не думает, но он по-прежнему замечает, что, как только они оказываются вне дома, она почти не вытаскивает руку из кармана. И ни в коем случае не хочет, чтобы ей показалось, будто он придает этому хоть какое-то значение.

Адам глядит в окно, где первые лучи солнца уже просачиваются сквозь жалюзи, отбрасывая широкие горизонтальные полосы света и тени на стены спальни.

— Нам лучше встать, пока они не открыли все подарки, – шепчет Бет, целуя мужа в щеку.

Адам кивает и садится на краю постели. Оттуда можно дотянуться до шнура жалюзи; он хватает его и тянет.

За окном – ослепительное морозное утро, и его глазам требуется несколько секунд, чтобы адаптироваться к свету.

Крыши домов в городке ярко-белые. Всю ночь шел снег. Это зрелище вызывает у него противоречивые чувства. Безусловно, часть Адама радуется ему, потому что снежное покрывало в рождественское утро – вишенка на торте. Но другая его часть немедленно проваливается во времени на год назад.

Он отбрасывает неприятное воспоминание и встает. Бет уже выбралась из постели. Она стоит возле шкафа, набрасывая шерстяной кардиган. Закончив, достает для него свитер. Олень в шапке Санты с красным носом. Самая кошмарная вещь из всех, что у него есть. Обязательная в день Рождества.

Выходя из спальни, они слышат восторженные возгласы дочерей, доносящиеся из гостиной. Это заставляет их обоих ускорить шаг. Они огибают угол и вступают в гостиную. Хлоя сидит на полу возле рождественской елки, разглядывая груду подарков под ней. Рядом стоит Эбби, руки в бока, с широкой улыбкой на лице. Верные традициям, обе дочки так и остались в пижамах.

— Доброе утро, девочки! И веселого Рождества.

— Доброе утро, пап, – отзывается Эбби. – Доброе утро, мам.

— Я уже знаю, какой открою первым, – говорит Хлоя, указывая пальцем. – Вот этот большой, желтый.

— Ты уверена, что не хочешь позавтракать, прежде чем открывать подарки?