Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 217 – Николь Фиорина

— Если бы ты только знала, на что я готов ради тебя пойти, – произнес я, посмотрев на нее снова.

Фэллон стояла совсем недалеко и пыталась зацепиться взглядом хоть за что-то в темноте. А потом голова ее повернулась на мой голос – и вот она поймала мой взгляд. На мгновение я подумал, что она тоже умеет видеть в темноте.

Она молчала. Мне хотелось протянуть руку и коснуться ее. А потом губы мои задвигались – я не успел их остановить.

— Все началось так медленно… и случилось так быстро, знаешь ли. – Я коснулся затылком каменной стены тоннеля. – То, что я чувствую по отношению к тебе, оно проникло так глубоко… на невиданные глубины. Там темнота синяя. Такая синяя, как чернота вороньих крыльев… на дне океана, наверху другого океана. Когда не понимаешь, где верх, а где низ. Нет ни отмели, ни дна. Вот насколько глубоки мои чувства… и иногда меня это пугает. Но ты там, рядом со мной, и мы плаваем там вместе, на этой глубине. И там так мирно… так тихо.

Я тонул в ее глазах, даже не осознав, что перестал двигаться – стоял, как парализованный. Я прокашлялся.

— Когда мы вместе, я чувствую себя странно. Странно, как боль на грани удовольствия.

Фэллон прошептала:

— Значит, такой в нас смысл?

Губы ее изогнулись в улыбке, и она закусила нижнюю губу.

— Джулиан, если тебе нужен кто-то для того, чтобы что-то вызвать, то ты никогда бы и не смог сделать этого один.

Я открыл было рот, но тут же закрыл его, потому что Фэллон продолжила:

— Зачем тебе нужен кто-то для того, чтобы воспользоваться силой, уже живущей в тебе? В этом нет никакого смысла.

— Другой способ мне не известен, – признался я. – Так мы делали всегда.

— Звучит как та еще чепуха.

Я приподнял бровь.

— Чепуха?

— Ага. Я видела, на что ты способен, а ты все равно позволяешь другим контролировать себя. – Она подалась вперед, сжала вместе ладони и продолжила: – Хватит. Позволять. Им. Управлять. Тобой.

Я усмехнулся.

— Ты что, похлопала мне в ладоши? В тон своим словам?

Дверь заскрипела и захлопнулась, и мы тут же повернулись на звук.

Они здесь. Время заканчивалось.

— Джулиан, – прошептала она, отыскав в темноте мою руку. – Оно уже внутри тебя. Это ты вытащил себя сам. Ты сражался с темнотой все это время. Ты дожил до этого дня. Ты карабкался и царапался, и ты гораздо сильнее, чем думаешь. Не нужен тебе никто. Достаточно тебя. У тебя получится.

Меня?

Я подумал о ее словах.

Я.

Я кивнул. Оттолкнулся от стены. Сделал вдох. Сжал пальцы вокруг стальных прутьев. Фэллон стояла рядом – я это чувствовал. Слышал шаги вдалеке. И биение наших сердец. В голове эхом отдавались слова Фэллон. Но что-то было не так.

А потом все обрело смысл.

Дело было не во мне.

Фэллон ошиблась. Это не я выбрался из тьмы… это она вытащила меня. Я боролся с темнотой ради нее. Это из-за нее я дожил до сегодняшнего дня. Она карабкалась и царапалась внутри меня, заставляя стать сильнее, когда я даже верить не мог. Я в самом деле нуждался в ком-то. В ней. Только в ней одной.

Мы сможем это сделать. Вместе.

Я схватил ее за руку и притянул поближе – чтобы она встала между клеткой и мной. Туфли ее упали на пол, я накрыл ее пальцы своими. И вместе мы взялись за прутья.

Шаги звучали все громче. Я зажмурился. По венам разбежалась внезапная боль – осознание того, что я могу потерять Фэллон. Я костьми почувствовал агонию, похожую на сильное течение. Я сжал кулаки вокруг ее пальцев, наклонился вперед, прижался грудью к ее спине – сердце к сердцу. Я думал лишь о том, как бьются они в унисон, чтобы стать одним.