Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 218 – Николь Фиорина

Один удар.

Второй. Каждый удар доходил до самого нутра, прокатывался по мне, словно электричество. А потом нас окружил серебристый свет. Все происходило будто бы в замедленной съемке. Время остановилось. Сердца бились медленно и гулко, словно басы. Возникший вокруг нас пузырь запер нас в клетке и времени.

А потом мощь его вырвалась, и мы упали по ту сторону ворот.

Мне понадобилось время, чтобы прийти в себя. Я со стоном скатился с Фэллон и оказался на спине. Ногу дернуло спазмом. Мысли путались, меня накрыло паникой. Фэллон.

Я вскочил на ноги и убрал вуаль белых волос с ее лица.

— Фэллон, эй. Ты в порядке? – Я склонил голову набок, пытаясь понять, что произошло.

Стальные прутья остались на месте… но мы были по другую сторону. Мы прошли сквозь них.

— Фэллон!

Она сделала резкий вдох и открыла глаза.

Я помог ей подняться.

— Ты как?

— Что случилось?

Я рассмеялся, все еще потрясенный. Мы прошли сквозь стальные прутья. Сработала моя стихия Духа.

— Не уверен, но времени это выяснять у нас нет. Пора идти.

Я поднял ее на руки, прекрасно зная, что бежать она в этом платье не сможет, и помчался в залы Священного моря.

На арочных деревянных дверях был вырезан кельтский узел, знак троицы – три связанных листа. Я опустил Фэллон, открыл дверь, и мы проскользнули в небольшую комнату.

Справа поднималась стеклянная стена, и по ту ее сторону располагались запретные подземные источники.

— Что это за место? – прошептала Фэллон и провела пальцами по стеклянной стене.

Синее сияние вод отразилось на ее бледном лице.

— Залы Священного моря. – Когда я наконец смог отвести от нее взгляд, я осмотрелся в поисках книг. – Есть старая легенда про цвет подземных источников. Называется «Запретная Дева Пещер», – начал я, подойдя к полкам. – Девушка эта кому-то была женой, а кому-то любовницей. Она использовала эти тоннели, чтобы бегать к своему любовнику, который был врагом ее отца. В истории говорится, что она планировала с ним сбежать. Но отец ее узнал правду и за такое коварство спрятал ее где-то в здешних пещерах из-за стыда. Другие говорят, что отец утопил ее в этих водах, и дух ее с тех пор бродит по тоннелям и у источников в ожидании дня, когда возлюбленный спасет ее. И с тех пор источник и сменил свой цвет. Еще есть версия, что, когда возлюбленный вернется в тоннели, чтобы спасти ее, ее душа возродится вновь, и вода станет чистой.

— Это… очень грустно. А как ее звали?

Я пожал плечами и обошел полку кругом.

— В книгах не говорилось. Ее просто называли Запретной Девой. В этом городе полно сказок: какие-то из них правдивы, а другие рассказывают, чтобы мы учились не совершать глупостей. – Я нашел неровность в стене. – Для ведьмы неспособность возродиться вновь с целой душой – это ад.

Я нащупал ботинками твердую землю, а потом отодвинул полку вместе с частью стены. Полка скрипнула и застонала, убираясь с дороги. Фэллон подошла ко мне сзади.

— Кажется, это оно. – Я убрал из стены несколько камней, передал их Фэллон.

В углублении лежали три пропавших книги. Я выдохнул: грудь сдавило от наплыва эмоций.

— Поверить не могу.

Одну за другой я доставал из ниши книги.

Книгу Кантини. Книгу Дэнверса. И книгу Блэквелла.

«Каждый Грешник до тебя пытался это сделать – и каждый потерпел поражение».