Книга Бухта Тихая. 30 лет нетихой жизни, страница 60 – Дмитрий Киселев

Процесс преподал всем подданным великой империи Главсевморпути несколько уроков. Самый важный состоял в том, что руки советского государства оказались достаточно длинными, чтобы дотянуться до самой дальней арктической окраины Союза. Парторг колонии на о. Врангеля, не осмелившийся вмешаться в действия Семенчука, стал в итоге героем отдельного судебного разбирательства – сей факт со всей наглядностью разъяснил Политуправлению ГУСМП, какова должна быть степень его бдительности и активности в деле «идейного руководства» зимовками и экспедициями. Спустя месяц после «разгрома «семенчуковщины» Совнарком СССР принял Положение о Главсевморпути, сильно расширив функции главка. Теперь ведомство Шмидта отвечало не только за полярное судоходство и исследования, но и вообще за все, что так или иначе касалось арктических берегов Евразии и советских островов Северного ледовитого океана. Сам знаменитый бородач разом превратился в одного из самых влиятельных людей советского государства. Опираясь на авиацию, Шмидт решил увенчать историю своих подвигов еще одним беспримерным деянием.¹⁸³

Ключевую роль в осуществлении проекта играл Иван Папанин. Летом 1936 г. бывший начальник ЗФИ вернулся на острова, чтобы построить новую постоянно действующую станцию в б. Теплиц на острове Рудольфа. Основное назначение нового форпоста ГУСМП состояло в обслуживании самого северного в стране и ближайшего к полюсу ледового аэродрома. На обратном пути Папанин должен был забрать на Большую землю отработавших свою смену полярников Тихой. Отъезд увеличившегося семейства Битрихов и их боевых товарищей состоялся в октябре 1936 г. – в ожидании парохода супруга парторга Абрамовича также успела произвести на свет дочь. Девочка Зефрида появилась на свет 14 июля 1936 г. и едва не погибла: находившегося в состоянии асфиксии ребенка спасла расторопность доктора Ковалева.¹⁸⁴ Несколько дней спустя станция участвовала в обеспечении рекордного перелета Валерия Чкалова, Георгия Байдукова и Александра Белякова по маршруту остров Виктория – ЗФИ – Северная Земля – Якутия – Петропавловск-Камчатский – устье Амура. При пролете самолета АНТ-25 над архипелагом длинноволновый передатчик Тихой действовал, как импровизированный радиомаяк.¹⁸⁵

Новая смена зимовщиков обсерватории возглавлялась 37-летним Анатолием Григорьевым. Сегодня мало что можно сказать о нем кроме того, что человеком Григорьев был, по-видимому, непростым: в Москве он проживал в знаменитом Доме ЦИК и СНК СССР по улице Серафимовича, более известном, как Дом на набережной. В 1936–1937 гг. подчиненный ему персонал Тихой состоял из парторга Кузьмичева, старшего геофизика и аэролога В. Канаки, аэролога-радиотехника Михаила Цветкова, инженера-аэролога А. Ледоховича, старшего гидрометеоролога Нины Романченко, метеоролога Т. Кузнецовой, актинометриста Г. Бюргановской, магнитолога Бориса Ляхова, специалиста по радиоволнам Н. Хутина, радиста М. Вознесенского, механиков Рудольфа Григоренко и Л. Дмитриева, врача Е. Ковалева, повара Александра Рулева, помощника повара Григория Гоголина, служителя Федора Савина и каюра А. Милентьева. Как видно, большой процент личного состава обсерватории составляли ветераны, зимовавшие в Тихой не в первый раз. Как раз в то время подобная практика начала официально поощряться руководством Управления полярных станций, сформированного в структуре ГУСМП в 1935 г. Помимо штатного персонала к обсерватории вновь были прикомандированы трое авиаторов во главе с заслуженным летчиком Николаем Иеске.¹⁸⁶