Книга Метамышление. Как нейронауки помогают нам понять себя, страница 35 – Стивен М. Флеминг

Оказалось, что у части пациентов из этой группы был синдром Корсакова – состояние, обычно связываемое с чрезмерным употреблением алкоголя. У таких пациентов часто повреждаются не только структуры, участвующие в хранении памяти, такие как височная доля мозга, но и лобная доля, которая охватывает префронтальную кору. Исследование Шимамуры первым показало, что префронтальная кора тоже важна для метапознания^[83].

Это поразительное открытие, впрочем, в одном отношении может быть поставлено под сомнение. Поскольку все пациенты Шимамуры страдали амнезией, возможно, их метакогнитивные нарушения были некоторым образом вторичны по отношению к их проблемам с памятью. Это иллюстрирует общую проблему, которую мы должны иметь в виду при интерпретации научных исследований самосознания. Сложности с метапознанием, выявленные у определенной группы людей в сравнении с другой группой, не представляют большого интереса, если сопровождаются также нарушениями восприятия, памяти или, например, механизмов принятия решений. В этом случае потеря метапознания, хоть и подлинная, может быть следствием изменений в других когнитивных процессах. Однако, если между группами людей или отдельными людьми выявляются различия в метакогнитивных способностях, в то время как другие аспекты выполнения тестовых заданий остаются сопоставимыми, мы можем с большей уверенностью утверждать, что нам удалось выделить изменение в самосознании, которое не может быть объяснено другими факторами.

Чтобы устранить этот потенциальный источник искажений, Шимамура должен был найти пациентов с нарушенным метакогнитивным восприятием, но сохраненной памятью. В 1989 году он совместно с коллегами опубликовал свою вторую научную работу, в которой описывал именно такой случай. У группы пациентов с повреждениями префронтальной коры память оставалась относительно нетронутой, а вот метапознание было нарушено. Выяснилось, что повреждение одной группы областей мозга (например, медиальных височных долей) может привести к нарушению памяти, но не затронуть метапознание, в то время как повреждение другой группы областей (лобных долей), напротив, вызывает нарушение метапознания, но относительно мало влияет на память. Это явление – двойная диссоциация – считается большой редкостью в нейронауке. Оно наглядно демонстрирует, что самосознание опирается на различные мозговые процессы, которые могут быть выборочно затронуты повреждением или болезнью^[84].

Открытия Шимамуры помогли пролить свет на таинственное наблюдение, сделанное примерно в то же время психологом Томасом Нельсоном – одним из пионеров исследований метапознания, а также заядлым альпинистом. Нельсон решил объединить свои интересы, устроив друзьям тест на память во время восхождения на Эверест. Экстремальная высота не повлияла на способность альпинистов выполнять базовые задания на память, однако затронула их метакогнитивные способности – они с меньшей точностью предсказывали, известен им ответ или нет. Содержание кислорода в атмосфере на вершине Эвереста (8848 метров, или 29 029 футов) примерно втрое ниже, чем на уровне моря. Недостаток кислорода особенно пагубно влияет на работу префронтальной коры, что, возможно, объясняет, почему альпинисты временно испытывали те же сложности, что и пациенты Шимамуры^[85].