Онлайн книга «Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью»
|
Клеблеев: Мама запарила, нет? Если честно. Шабаев: Ну это ж мама моя, собственно. Я ее люблю очень, и… Не, ну бывает, конечно. Сейчас-то она у нас в гостях всего-то на неделю – и то вот, сами видели. А если уж там что-то между ними… Мне иногда кажется, что это… Одно такое большое чудовище с двумя головами: что Оля, что мама. Шабурова: А вот если ты всерьез перед выбором окажешься? Ну вот если одна из женщин тебе скажет: «Либо я, либо она». Шабаев: У меня такой вопрос не стоит, я уже живу своей жизнью, мне уже 26. Самойлов: А как вы с Олей познакомились? Шабаев: Э-э… В институте. Самойлов: Ну вот а чем она тебя привлекла? Шабаев: Ой, она очень энергичная, у нее столько энергии. На самом деле, я вот только сейчас стал думать о том, что она… Как-то… Чем-то очень на маму на мою похожа. Как танк она прет. Знает, что ей нужно. Может быть, даже она меня выбрала, а не я ее. Но она мне нравится, я люблю ее. Женимся… Геворков: Мама часто била тебя в детстве? Шабаев: Да нет. Просто она опекала меня всегда там, лечила. На самом деле моя мама очень творческий человек, и… Просто, видимо, что-то, так сказать, не хватило, она там не реализовала в жизни – вот из нее это сейчас идет, она, вот, увлекается, живет своей жизнью интересной. Я это понимаю. И что тут сказать? Менять ее? Ну зачем. Дегтярева: А вот как насчет того, что она вот голая спит? Шабаев: Ну странно это немножко. Дегтярева: Или она так всегда? Шабаев: Нет, это она последнее время. Да. С этими ее кружками, увлечениями. Клеблеев: Кино тебе какое больше нравится? Шабаев: Э… Разное. Художественные фильмы люблю, советские. Вот. Но вообще читаю больше, чем кино смотрю. Кошкина: А что ты маме на Новый год приготовил в качестве подарка? Шабаев: Э… Я, честно говоря, еще не думал, есть время… Ну прежде всего: в гости к ней поеду. Она очень любит, когда я к ней приезжаю. Угаров: Стоп. Подождите. Смотрите, все вопросы сейчас идут по касательной. Они сюжет не развивают, они просто набрасывают дополнительные черты персонажа. Есть метод, который тоже стоит использовать – метод принудительного интервью. У Саши можно спросить, не знаю: «Саша, вот пять лет назад вы были под судом за изнасилование». Да? «И понятно, что вас откупили, но… Нормально, все обошлось, никаких последствий?..» И он, Андрей, не имеет права сказать: «Нет, этого не было». Он должен моментально включаться в это обстоятельство и отвечать по существу дела. Или, допустим, мы-то знаем, что у Саши есть другая женщина, и там ребенок пяти лет… Клеблеев: У Саши не может быть. Угаров: … И он между Ольгой, мамой и той женщиной курсирует. И если мы зададим ему вопрос, он не имеет права нам сказать: «Нет, какая женщина, какой ребенок?» Все. Задано обстоятельство – работай в нем. Шабаев: То есть придумывается сюжет? Угаров: Сюжет придумывается. И мы задаем персонажу правила игры. Это интересно еще и как актерский метод погружения. Потому люди пугаются, потому что надо быстро отвечать. Но когда ты включаешься в это, то возникает удовольствие от погружения. Когда нужно актера быстро погрузить в роль, начинаешь спрашивать полные глупости: что у тебя на подоконнике в кухне, какого цвета трусы, что угодно. Это набор обстоятельств. Жиряков: Саша, а помнишь, ты рассказывал, вот когда вы забухали с Серегой, и потом он пропал без вести – что с ним случилось? Расскажи, что там было. |