Онлайн книга «Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью»
|
С травмами работать трудно. Это ясно. Но это интересно для вас, меня – но и зрителям это интересно, потому что они находят тождество, переживают узнавание своих травм и изживают их, как изживают свои травмы авторы. Так что давайте, к восемнадцатому числу жду. Теперь по поводу режиссуры. Тоже очень интересная тема, которой мы еще не касались. Тридцать первого арестовали оппозиционеров. И конечно, настроение было мрачное. Я дома запретил в знак протеста отмечать Новый год по курантам и слушать президента. В общем, Новый год мы встречали по часам. В доме много старых часов, но все не работают. Пришлось по мобильному телефону встречать Новый год. В знак протеста. Кто следил, может быть, знает – у нас прошла интересная акция «Драматурги против репрессий». 14 человек написали монологи. Первый Миша Дурненков написал, я это опубликовал, и тут же мне пошли письма. Драматурги сами начали откликаться и присылать. Например, Аня Яблонская из Одессы, она вообще украинка. У людей появилось желание высказаться. О разных событиях: про историю с Лукашенко в Белоруссии, процесс Ходорковского[9], теперь аресты тридцать первого декабря. Все сгустилось до последней степени. К чему я это говорю? Я от злости придумал историю со стульями. Немцову то ли пять, то ли сколько-то часов не давали стул в суде, и я написал, что предлагаю всем москвичам старые стулья отнести к Тверскому суду. В принципе, это и есть – режиссура. Организация действий. На следующий день началось сумасшествие. Все информагентства сообщили. Звонят журналисты, я отвечаю одно и то же. «Радио Свобода»[10] – прямой эфир, «Эхо Москвы» – прямой эфир, «Франс Пресс» – интервью. Все про одно и то же – про стулья. Значит, и… Когда потом вот на «Эхо Москвы» я был уже, ну потом, после эфира, я говорю: «Слушайте, а что случилось-то? Ну сказал…». На самом деле интересная вещь происходит сегодня. Журналисты – эти вот ушлые, которые на «Эхо Москвы» – они говорят… Да и многие другие говорят, что смертельно скучно – эти митинги оппозиции. Они говорят: «Мы идем туда записывать, но можем заранее рассказать – этот будет говорить эти слова, эта – эти, лозунги будут такие-то». У оппозиции нет фантазии, как у власти. С двух сторон одно и то же. Поэтому глупость со стульями вызывает такую реакцию. И здесь открывается большое поле для режиссеров, художников. То, что группа «Война» делала, это – акционная режиссура. Это режиссура, только в реальности. У акционизма длинная история. Знаменитая была история во Франции. Франция воевала в Алжире, и акционисты хотели обратить внимание на войну простых обывателей – что в стране идет война. И они договорились, и в одно и то же время во все фонтаны Парижа летом подбросили хорошо растворимую красную краску. Из фонтанов Парижа полилась красная кровь. И обыватели были шокированы до обморока. Таким образом они довели до сведения людей, которые не хотят знать про плохое и неприятное, что в стране идет война, и страна погрязла в крови. В Киеве режиссер Влад Троицкий, когда была «оранжевая революция», делал такие вещи. Росло недовольство президентом Кучмой, и они сделали флешмоб: огромное количество людей в один день, в одно и то же время принесли на площадь перед правительством старую обувь, и вся площадь была ею уставлена. Лозунг акции был: «Пора менять». |