Книга Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью, страница 182 – Елена Ковальская, Михаил Угаров, Иван Угаров

Брат: Криська работает с психами в больнице. Я говорил об этом в школе, все смеялись. Сейчас она в Москве и учится на режиссера, вот. Я ее люблю и скучаю по ней. Она хорошая, только почему-то не хочет мириться с папой. Я ее спрашивал об этом, но она не хочет говорить. Мама расстраивается из-за этого. Папа сильно ее любит. Она просто этого не понимает. Каждый раз, когда мы с Криськой гуляли, когда я был маленьким, обязательно что-то случалось. Мы катались, я падал с горки, каждый раз стукался головой, и мы приходили домой с шишками. Бабушка сильно ругалась.

Один раз Криська разбила мне голову диском, мы гуляли с ней, когда там, у школы, много было очень крови, я испугался и сильно заплакал, она испугалась. Ее потом все ругали, мне было ее жалко.

Я бы хотел, чтобы мы все жили вместе, как одна семья, в одном доме, и чтобы никто никогда не умирал. Я боюсь спать один у бабушки, потому что бабушка может умереть.

(аплодисменты)

Угаров: Вот смотрите, пять историй мы прочитали, еще впереди несколько. Вот интересно… Когда читаешь – анализируешь, но самый интересный показатель – когда ты читаешь одну историю, вторую, третью – и вдруг взял и закурил. Или, прочитал какую-то историю – раз, встал, пошел на кухню – не потому, что что-то надо сделать на кухне, а, понимаете, физическое включение. Интересный эффект. Это точно происходило после наиболее интересных вещей. Ведь можно же просто сесть и анализировать, как педагог – разбирать события, это не выстроено, это не простроено. А здесь возникало… погружение: есть какой-то персонаж, и происходит погружение в его мир.

Обратите внимание, в некоторых рассказах предметный мир очень плотный, и сразу интересно делается.

Теперь Дмитрий Калюжный.

Калюжный: Однажды друг мой Никита посвятил меня в страшную тайну и попросил об этом никому не говорить. Он рассказал, что переспал с нашей общей подругой Наташей, которая была в долгосрочных отношениях с Антоном, опять же, с нашим общим другом.

В те дни он проводил много времени с Антоном и ничего ему не рассказывал, пока через год Антон сам не догадался и не задал мне вопрос. Я подтвердил его догадку и сказал, что с ужасом хранил в себе эту тайну.

С тех пор прошло много времени, Наташа вышла замуж за Глеба и родила от него ребенка. Как-то раз я приехал в Белгород к Наташе и Глебу. Как только я сошел с поезда, сразу же позвонил Наташе. Оказалось, что Глеба нет дома, на повестке жены он пьет со своими музыкантами в студии, которую тот только что достроил. Она же, в свою очередь, устала с ним ругаться и позвала подружек пить вино. Также Наташа добавила, что она с подружками очень сильно обидится, если я туда не зарулю, и попросила меня незамедлительно проследовать к ней. Надо сказать, что Наташиных подруг я неплохо знаю. Они любят потрепать языком, закатить с легкостью пьяный скандал с битьем посуды, много курят и матерятся. Несмотря на это, они приятные.

Рита: Кто звонил? Димон? О, круто, неужели приехал? Как давно он приезжал, совсем забыл нас наш Димон, вот было время, сейчас же все разбежались, кто женился, у кого дети, а Димон вроде как и не меняется. Интересно, есть там у него баба в Москве? Помните, постоянно у него тусовались на квартире… всегда нас пускал, добрый такой, хороший, всегда выручит. А помните на даче, мы его в женское платье переодели, он с утра еще ничего не понимал. Блин, как все изменилось, где же то время?