Книга Чёрный ратник 7, страница 41 – Макс Гато

Хлопов у стены дёрнулся, но смолчал.

— А говоришь, не знаешь, — коротко сказал я.

Онуфрий только качнул головой.

— Он часто набором занимается, — покачал головой Онуфрий. — А уж кто его подрядил, мне неведомо.

— Опиши его, — потребовал я.

— Росту среднего, да грузный, — Онуфрий хмыкнул. — Голова бритая наголо, зато борода длинная и крашеная, рыжая такая, у него от неё и воротник рыжий. На левой руке перстень с голубым камнем, носит поверх перчатки, я такого больше ни у кого не видел. И говорит он медленно.

— Какой у вас был заказ? — спросил я.

— Сперва ничего особенного. Ходить при обозах, стеречь склады в Долгороде, потом сопровождать телеги на север. Платил хорошо и вперёд, кормил, оружие давал своё. — Онуфрий кивнул на дверь, за которой лежали собранные трофеи. — Вот эту справу нам он и выдал, всю разом, в начале весны. И велел спороть с неё всё, что было нашито.

— Когда он приказал идти на мою землю? — продолжил я.

— Месяц назад, барон. Сказал: будет работа на восточной стороне, платят втрое, но спрашивать ничего не надо. Довёл он нас до постоялого двора у гряды, дальше уже другой человек принимал.

— Имя этого другого?

— Имени не было. Молодой, годов тридцати, при нём двое слуг и маг. Он нам и показывал, где садиться и когда выходить. Он же и сказал соль не брать, а портить.

Луна отложила перо и впервые за весь разговор подала голос.

— Он объяснил, почему соль нельзя брать?

— Объяснил, — Онуфрий повернулся к ней. — Сказал: если товар пропадает, его ищут, а если товар высыпан на дорогу, то ищут не товар, а виноватого. И добавил, что так барону будет дороже.

Я задал ему остальные вопросы: где стояли, чем кормились, сколько платили, кто привозил деньги, куда должны были уйти после дела. Отвечал он охотно и не путался.

Денег ему привозили серебром, раз в две недели, один и тот же человек, который ничего не говорил и лица не показывал. Уходить им было велено на север, к гряде, и там ждать нового приказа.

— Выведите во двор, — приказал я, когда закончил допрос.

Онуфрий только облизал губы, глядя на кувшин с водой. Когда его увели, Хлопов заговорил первым.

— Ваше благородие, Гужев это тот самый, — сказал он. — Я его имя нашёл в списках мытной будки, когда вы велели искать. Он через наш брод ходил трижды: два раза с пушниной и один раз с воском, последний раз давно, как наследник Тарусиных исчез.

— Значит, — почесал щеку я, — всё сходится.

Луна закрыла книгу.

— И купец, который вывез отсюда наследника угасшего рода, теперь нанимает людей, чтобы рвать мешки с нашей солью, — сказала она. — И между этими двумя делами он ни разу здесь не появлялся.

— Появлялся, — возразил я. — Просто не сам.

— Тим, — тише добавила Луна. — Ты и вправду его отпустишь?

Я только поднялся с места.

— Пойдем во двор, — предложил я. — Сама и увидишь.

Я вышел во двор. Там стоял Онуфрий, в окружении стражи и Матвея с Соловьёвым. И потихоньку собирались любопытные жители.

— На колени, — приказал я, спустившись вниз.

— Барон, я же… — начал было спорить Онуфрий.

— На. Колени, — повторил я.

Матвей не стал дожидаться результата моего приказа и с силой толкнул Онуфрия на землю. Он рухнул и оказался на коленях.

Я обнажил клинок.

— Ваше благородие… — тихо проговорил Онуфрий. — Меня ж наняли.