Книга Обнулённый 5, страница 4 – Макс Гато, Виктор Рэн

Хальд поравнялся с каретой и постучал костяшками по дверце.

— Госпожа, распорядитель велел доставить вас в дом вашей семьи в северо-восточном квартале, на третьей улице от храма Вереи. Я правильно понял?

— Правильно, — отозвалась Лилиана из окна. — Только я не была там девять зим и не помню, стоит ли он вообще.

— Дом в целости, госпожа, — споро ответил Хальд и вернулся в строй.

Ехали мы туда ещё около получаса, продираясь через улицы, где две повозки расходились только потому, что одна прижималась к стене. Квартал оказался поспокойнее остального города. Улицы здесь шли чуть шире, мостовая была выложена ровнее, а дома стояли без нависающих над головой пристроек.

Дом Блэквудов я узнал раньше, чем Лилиана его назвала.

Узкий, трёхэтажный, зажатый между двумя соседними зданиями, с облупившейся по фасаду штукатуркой и потемневшей дубовой дверью. Ставни на всех этажах стояли закрытыми, и вокруг порога намело сухих листьев, которые никто не убирал.

Лилиана молча смотрела на фасад, пока карета подъезжала.

— Отец привозил нас сюда каждую вторую зиму, — сказала она наконец. — В нижней комнате был камин, который постоянно дымил, и мать всё грозилась вызвать печника. Так и не вызвала.

У дверей стоял человек.

Худой, в тёмном камзоле с серебряной цепью на груди, лет сорока, с гладко выбритым лицом и волосами, зачёсанными назад и до одури зализанными. Рядом с ним топтались двое слуг с фонарями, хотя до темноты оставалось часа три.

Он вышел вперёд, как только карета остановилась.

Хальд спешился, подошёл к нему и что-то сказал. Человек кивнул и жестом отпустил десятника.

— Госпожа Лилиана Блэквуд, — произнёс он, когда я подал Лилиане руку и она вышла из кареты. — Меня зовут Аксель, я распорядитель торжества по поручению баронского двора. Позвольте приветствовать вас в Талвеге.

Он поклонился очень глубоко, максимально соблюдая манеры.

— Благодарю, — ответила Лилиана.

— Дом приготовлен к вашему приезду. Полы вымыты, печи протоплены со вчерашнего дня, комнаты проветрены. Мы взяли на себя смелость прислать двух служанок и повара на всё время вашего пребывания, поскольку ваш дом стоял закрытым и прислуги при нём не осталось.

— Это… щедро с вашей стороны, — отреагировала Лилиана.

— Это распоряжение леди Беатрис, — Аксель выпрямился и сложил руки перед собой. — Она лично просмотрела список гостей и отдельно указала на вас.

Я стоял в трёх шагах позади Лилианы, держал лошадь под уздцы и смотрел ему в лицо. Ни одна мышца на нём не дрогнула.

— Приём состоится через два дня, — продолжил Аксель. — Накануне, то есть завтра, на главной площади будет объявлено о некоторых распоряжениях двора, и присутствие приглашённых гостей на площади было бы знаком особого уважения к леди Беатрис. Я пришлю к вам человека с точным временем.

— Я поняла вас.

— Прекрасно, — распорядитель поклонился ещё раз. — Тогда позвольте откланяться. И, госпожа Блэквуд…

Он задержался, уже развернувшись к улице.

— Леди Беатрис просила передать, что рада вашему выздоровлению. Она приготовила для вас кое-что воистину особенное.

Аксель развернулся и пошёл вниз по улице, и двое слуг двинулись за ним следом. Я проводил его глазами до угла.

— Кто-нибудь понял, что это сейчас было? — спросил Берт с козел.

— Это было предупреждение, — отозвалась Лилиана. — Оформленное как любезность, но предупреждение.