Книга Мертвые куклы, страница 159 – Оливия Нортвуд

— Поедем домой, малышка?

— Да, – она кивнула и забралась на пассажирское сиденье. – Что с моей машиной?

— Уже в ремонте. Обещают закончить к концу следующей недели.

— Ладно, – Келлер выдохнула и накрыла его руку, лежащую на рычаге, своей. Не то чтобы она планировала в ближайшее время садиться за руль, но машина была подарком родителей. – На всякий случай. Я ничего не говорила родителям и Холли тоже. Пусть так и остается.

— Окей, – Джеймс кивнул, выезжая с парковки.

— Подумать только, – прошептала она. – Стивен Кэллхоун.

— Да, – тихо выдохнул Джеймс, и какое-то время они ехали молча.

Грейс провела пальцами по виску, коснулась пластыря, под которым был шов и, несмотря на усталость и неприятную горечь, ощутила удовлетворение и спокойствие от того, что все это закончилось.

— И что теперь? – спросила она.

— Ты знаешь. Бумажная работа, допросы, отчеты, суд, – Джеймс усмехнулся. – Не самая приятная часть.

— Я бы поспорила.

— Маккуин познакомил меня с новым лейтенантом.

Грейс развернулась к нему и приподняла брови от удивления.

— И как он?

— Не знаю, Грейси. По-моему, высокомерный засранец. Чем-то напоминает Уайтхолла. Но он передал тебе пожелания скорейшего выздоровления. Так что возможно, – он повторился: – возможно, он не так уж и плох.

— А что с Хейли и Барри?

— С ними работают психологи, но из того, что удалось выяснить: Боствик изнасиловал ее, и ему грозит срок. Но, может быть, адвокат вывернет все в другую сторону, – он продолжил, после вопросительного взгляда Грейс: – Невменяемость, давление со стороны Кэллхоуна. Что-то в этом духе.

— Не могу дождаться, чтобы посмотреть в глаза этому ублюдку и окунуться во все это.

— А я бы лучше отпуск взял.

Грейс рассмеялась и неожиданно для них обоих сказала:

— Я бы съела бургер.

— Бургер?

— Да. Раз уж все закончилось, и мне при этом удалось остаться целой и почти невредимой. Думаю, мы это заслужили. – Грейс опустила ладонь на его загривок и зарылась пальцами в волосы на затылке.

— Это становится похоже на традицию, – сказал он, и они оба подумали о съеденных после «Вашингтонских псов» гирос. – Есть всякую дрянь после того, как мы закрываем дело.

— Мне нравится.

Джеймс остановился возле ближайшего «Шейк Шак», и через несколько минут Грейс уже держала на коленях теплый крафтовый пакет, от которого поднимался запах жареного. Было уже темно, поэтому она не сразу заметила, как город за стеклом начал меняться, они уже давно проехали нужный поворот и направлялись в западный Сиэтл. Дорогу, ведущую к парку Алки Бич и к смотровой площадке, Грейс знала отлично.

— Куда мы?

— Не домой.

— Это я уже поняла. Но куда?

— На смотровую Алки Бич.

— Вау. Свидание?

— Ну, должно же быть у нас хоть одно. День памяти не считается, я был пьян, а ты злилась на меня большую часть времени, – предупредил Джеймс, заметив, что она собиралась возразить.

— Да, но я была в красивом платье. Не то, что сейчас, – Грейс была в широких спортивных брюках и худи Джеймса.

— Ты отлично выглядишь, Грейси. Как раз для свидания в машине на смотровой с пакетом еды из «Шейк Шак».

Смотровая площадка в это время была почти пустой. Стояла отвратительная погода, типичная для осени на побережье северной части Тихого Океана. Город мерцал миллионом огней, как рождественская гирлянда, отражаясь в спокойной воде залива Эллиот.