Книга Мертвые куклы, страница 150 – Оливия Нортвуд

Он стоял неподвижно и смотрел на нее, часто моргая, словно надеялся, что она вот-вот исчезнет, если он постарается. Но Хейли оставалась на месте и начинала приходить в себя. Его замутило. Барри знал, что уже не покинет этих стен, тогда почему не сделать то, о чем он думал, не переставая, уже несколько лет, с тех пор как впервые увидел Хейли в старшей школе Шоркрест? Вероятно, к утру они оба будут мертвы. Он надеялся, что найдет в себе силы не делать этого, но желание унизить ее, хоть раз взять над ней верх, трахнуть в прямом и в метафоричном смысле было намного сильнее его здравой части. Вопреки своим мыслям, он шагнул вперед.

Барри не мог поверить в происходящее, да, он и не до конца понимал, что происходило. Остановившись у самой кровати, он сглотнул скопившуюся во рту слюну, наклонился и коснулся ладонью кожи на ее впалом животе, чувствуя, как внутри него проснулось что-то темное, что, может, никогда и не засыпало по-настоящему.

Хейли пришла в себя, когда он поставил колено на прохудившийся матрас между ее ног, и закричала, когда до нее дошло, что он собирался сделать.

Время в дороге тянулось невыносимо медленно, хотя Грейс, наплевав на скоростной режим, выжимала из своего «Челленджера» все, на что он был способен. Джеймс раньше не видел ее такой агрессивной за рулем. Она ругалась, обгоняя ползущие впереди машины, курила в открытое окно и крепко сжимала руль, подавшись вперед всем телом.

Джеймс постукивал пальцами по подлокотнику, пытаясь сосредоточиться на едва слышимой музыке из колонок. Навигатор показывал, что ехать им оставалось не больше двадцати минут, и чем ближе они подбирались к конечной точке, тем ощутимее становилось странное, тянущее чувство оторванности от мира, словно все, что они оставили в Сиэтле, постепенно теряло значение, уступая место чему-то более важному и неотвратимому. Джеймс смотрел в окно, наблюдая, как одиноко стоящие дома сменялись полями, заросшими болиголовом, и пролесками, и думал о том, насколько легко можно затеряться и исчезнуть в таком месте, если тебя никто не ищет. Он родился и вырос в похожей глуши и до сих пор не понимал, как ему удалось не сгинуть. Он мог много раз. Ввязаться во что-то опасное, когда еще был подростком, или навсегда остаться на Ближнем Востоке, стать именем в хрониках. Но он был здесь, сидел рядом с женщиной, которую любил и которой восхищался, как Супергерл, когда в детстве впервые открыл для себя комиксы, и готовился к тому, что совершенно точно перевернет ход расследования.

— Если это ложный след, – тихо сказала Грейс, не отрывая взгляда от дороги. – Мы снова вернемся к тому, с чего начинали.

— Грейси, может быть, это первая, по-настоящему стоящая зацепка, – уверенности в его голосе было меньше, чем ему хотелось бы.

— Кажется, это здесь. – Она свернула на глинистую дорогу, машину ощутимо тряхнуло, когда колеса встали в колею. – Не похоже, что тут кто-то… – Грейс замолчала и взглянула на Джеймса, он тяжело сглотнул.

Дом, как и вся территория вокруг, выглядел запущенно, крыша гаража обвалилась. Всюду валялся мусор: старые покрышки, рассохшиеся доски, ржавый металлолом. Сразу становилось очевидно, что здесь давно не было людей. Но детективы знали, что это не так. Сбоку от дома, спрятав массивный капот, стоял старый двухцветный «Додж Рам» с номером 954–ZDX.