Книга Мертвые куклы, страница 111 – Оливия Нортвуд

Парень переступил с ноги на ногу, сунул руки в карманы, пытаясь судорожно сосчитать, хватит ли ему денег. Хотя и так прекрасно знал, что у него всего десятка и еще мелочь. Он рассчитывал сходить в кино один. Ему бы хватило на билет, большой попкорн и колу, и, возможно, осталась бы пара долларов на маленькую коробочку конфет «Ризис» с арахисовой пастой, которые он так любил. С ней же хватило бы только на два билета и, может, порцию попкорна. Расплатиться в забегаловке «У Бобби» ему просто нечем.

— Не парься. – Она махнула рукой, заметив его замешательство. – Я угощаю.

Премьера фильма в кинотеатре в таком крошечном городке, как Монро, где из достопримечательностей был только заброшенный железнодорожный мост и окружная тюрьма, ощущалась, как важное событие, вроде дня города или фестиваля тыкв после жатвы. Они пришли сильно заранее, и в кассы уже была очередь. Позже вереница, состоящая в основном из подростков и молодых людей, вытянулась до самого перекрестка, где в сизых сумерках светилась неоновая вывеска кафе «У Бобби». На улице зажглись фонари, из открытых дверей кинотеатра тянуло маслом для попкорна и жженым сахаром. Он был сыт, но от запаха во рту собралась слюна.

Она заплатила за бургеры и картофель фри в кафе, он купил им билеты и собирался взять ведерко воздушной кукурузы с тонкой хрусткой корочкой карамели.

— Прохладно здесь, да? – До начала сеанса оставалось еще минут двадцать, они стояли у входа, под вывеской с мигающими лампочками. Она обняла себя руками и содрогнулась всем телом.

— Да. – Он посмотрел на нее. На девушке была белая футболка с коротким рукавом и серая плиссированная юбка из тонкой шерсти. Полупрозрачные, золотистые волоски на ее руках встали дыбом. Она замерзла. И он не сразу догадался, что должен сделать. Но поразмыслив несколько минут, парень снял джинсовку и накинул ей на плечи. Куртку он стащил у отца, когда увидел, что старая износилась, да и он сильно вырос, но отцовская висела на нем мешком, а девчонка и вовсе могла дважды ей обернуться. Она выглядела так трогательно, и вся ситуация была такой… невозможной, волшебной, почти нереальной, что он едва не расплакался. Подумать только, он привел девушку в кино, а теперь она в его куртке.

— Я уж думала, ты не догадаешься. – Она не стала просовывать руки в рукава, просто завернулась в ткань и подняла на него глаза.

Хороший момент, чтобы ее поцеловать. Он бы соврал, если бы сказал, что не думал об этом. По крайней мере, девяносто процентов его мозга работало в этом направлении. Он хотел ее. Не только поцелуев, всю ее. Парень наклонился к ней, заправил гладкий локон за ухо, разомкнул губы и услышал свист из толпы возле кассы.

— Эй, урод, – крикнул Патрик, привлекая к себе еще больше внимания, хотя вся очередь и так смотрела только на них. На парня с девушкой в безразмерной джинсовой куртке и компанию ребят, которые свистели и улюлюкали. – Кукольник! Считай, что подписал себе смертный приговор. – В подтверждение его слов Курт Томпсон, стоявший за его спиной, провел большим пальцем по шее. – Эй, детка, сними эти лохмотья. Иначе мне придется отмывать тебя от этой вони, прежде чем… – Он продемонстрировал неприличный жест бедрами, а все остальные заржали.

Она показала Патрику средний палец, схватила парня под локоть и потянула за собой в кинотеатр.