Книга Волчий клан – 4, страница 67 – Валерий Муллагалеев

Репей придвинул ко мне следующую бумагу.

— И вот в семи верстах от того кожевенного двора стоит механический завод. Делает плуги, бороны, косы, конные молотилки. А недавно туда завезли новые токарные и сверлильные станки из-за моря. На такие станки молотилку можно поставить, да. А можно и ствол сверлить.

Он откинулся в кресле.

— Я, Георгий, когда эти две точки на карте рядом увидел, у меня аж борода зашевелилась. Порох в одном месте, стволы в другом, а между ними пара шагов. Дальше дело техники: поднял накладные, посчитал подводы, посмотрел, кто кому что возит и сколько. И всё сошлось.

Канцелярские ищейки эту схему не увидели бы в упор. Тотальный запрет на пороховые технологии привел к такой же безграмотности. Маги повелевают стихиями, но ружье для них — это шайтан-труба, работающая на волшебном порошке. А вот искушенный в оружии контрабандист сразу понял, что к чему.

Я поднял глаза.

— Репей, ты гений.

— Ну, — скромно улыбнулся он и налил по второй. — Не без этого.

А потом он достал из папки последнее.

Это была фотография, наклеенная на плотный картон. Слегка засвеченная по краю, но четкая.

На ней стоял человек в рабочем сюртуке, опираясь рукой на станину какого-то станка. Лет сорока пяти, сухощавый, с бородкой клинышком и светлыми глазами, которые казались стеклянными. Спокойное, умное, совершенно непримечательное лицо, какое ожидаешь увидеть в инженерной конторе.

— Кто такой? — спросил я, склонившись над фото.

— Мистер Эдвин Корт, — сказал Репей, выговаривая иностранное имя с явным удовольствием. — Не господин, а именно мистер, понял? Приглашенный специалист из Заморья. Наладчик станков, механик. Официально числится на механическом заводе, следит за теми самыми заморскими машинами, которые без него, дескать, никто не умеет настраивать.

— Логично…

— И вот что интересно. На заводе у него в подчинении сотня человек, а слушаются его так, как хозяина не слушаются. Хозяин там, кстати, есть — местный купец Сыромятов. Так вот Сыромятов при этом Корте шапку снимает.

Я вспомнил Слейтера. Тоже заморский гость, охотник на волколаков. Его винтовка теперь висит у меня в спальне, со следами его же крови на прикладе.

— Откуда фотография?

— Купил, — пожал плечами Репей. — У мастера из Камска, который им всем карточки делал для заводского архива. Отдал за копию целый рубль и штоф «Императорской» сверху. Или наоборот.

— Значит, заморский агент.

— А кто ж еще? — усмехнулся Репей. — Сам посуди. Заморью наша Держава как кость в горле. Воевать напрямую — дорого и страшно. А вот если по всей Державе пойдет гулять пороховое оружие, то магам это как чирей будет. Бардак, бунты, раскол — а Заморью только того и надо.

Я кивнул. Нормальный такой расклад. Канцелярия будет в восторге от того, что мы нарыли. Оставался ключевой вопрос.

— И какие объемы производства? — спросил я.

Репей понимающе кивнул.

— Об этом я хотел бы сказать особо. Раньше они делали понемногу. Сотню стволов в месяц, может, полторы. Мелкими партиями, чтобы не светиться, и продавали по всему северу — дворянам, разбойникам, всякой шушере. Мне, опять же…

— А теперь?

— Они взялись за дело всерьез. — Репей нашел в стопке листок с расчетами и положил передо мной. — Вот, гляди. Стволы, замки, патроны. Станки гоняют, в три смены работают так, что люди мрут.