Книга Мифы близкого будущего, страница 252 – Джеймс Грэм Баллард

Я дожидаюсь, пока он уедет, скроется среди затертых голограмм, именуемых реальностью. Потом, утомленный ложной тревогой, прислоняюсь к двери. Улыбка далась мне трудно, напомнив, как далеко внутрь себя ушел я за последнюю неделю. Однако нужно соблюдать осторожность, скрывать задуманный переворот за фасадом социальных норм.

Я закрыл выходящие на улицу окна и с облегчением ушел в спальню, выходящую в сад. Стены ее образуют часть огромной коробчатой антенны, настроенной на свет. Я вспоминаю асфальтовый спуск старой беговой дорожки в Брукленде и гигантские пустоты, выкопанные в бокситовых утесах Ле-Бо, где Маргарет впервые стала отдаляться от меня.

Взлом, конечно, имел место. Очень необычный взлом.

Прошел месяц, время большого прогресса и нескольких отступлений. Устроившись в кухне рядом с опустевшим холодильником, я доел анчоусы и провел инвентаризацию самого себя. Я совершил долгую внутреннюю миграцию по маршруту, записанному отчасти у меня в голове, а отчасти в структуре дома, который оказался устроен гораздо сложнее, чем мне представлялось. Я чувствую, что комнат в нем больше, нежели видно на первый взгляд. Семь лет прожив здесь с Маргарет, я и не догадывался о богатстве его внутренних пространств. Свет заливает все, раздвигает измерения стен и потолка. Эта тихая улочка пролегла на месте старого Кройдонского аэродрома, и чудится, будто травянистая взлетная полоса возвратилась на опрятные газоны и в умы тех, кто их подстригает.

Все эти переживания подбили меня нарушить мою систему питания. В кладовой почти ничего не осталось: коробочка сахара-рафинада, тюбик томатной пасты и несколько засохших пучков спаржи. Я облизываю пальцы и провожу ими по дну пустой хлебницы. Я уже ловил себя на сожалении, что не запасся провизией, прежде чем отправиться в экспедицию. Но достигнутое – это великое чувство свободы, ощущение открытых дверей и дверей, которые вот-вот откроются, – не позволяет мне прерваться.

И все равно я стараюсь не выдавать своей игры. Я в меру необходимости слежу за собой, машу из верхнего окна миссис Джонсон и виновато развожу руками на заросший газон. Она понимает: меня бросила жена, обрекла на отчаяние мира-без-женщины. Я вечно голоден, питаюсь чаем с сахаром и не более того. Я сбросил вес: потерял пятнадцать фунтов, и голова все время кружится.

Между тем внешний мир продолжает бомбардировать меня никому не нужными посланиями: почтовым хламом, бесплатными газетами и потоком писем – от доктора Барнса и банковского отдела персонала. Горят они тяжелым торжественным пламенем, и я считаю себя в осаде. Три дня назад заходила Бренда, ее все так же смущает моя веселость. Рассказала, что ее перевели на другую должность, а из моего кабинета вынесли папки и мебель.

Гремит щель для писем. Я подбираю с коврика две рекламные листовки и пластиковый конверт – бесплатный образец новой марки шоколада. Рву пакет и вонзаю зубы в резиновую начинку, слюна заливает рот. Я так ошеломлен вкусом еды, что не сразу слышу звонок в дверь. За дверью обнаруживается стильно одетая женщина в твидовом костюме и шляпке, по-видимому жена какого-то адвоката, волонтерствующая в местной больнице.

— Да? Чем могу? – я с трудом узнаю ее, облизывая с зубов остатки шоколада. – Маргарет?..