Книга Одержимые убийством. Грязная война англичан в Северной Ирландии, страница 56 – Мартин Диллон

Документы, касающиеся общей стратегии, предсказывали, что ИРА потребуется захватить протестантские районы в Западном Белфасте и, предположительно, вытеснить коренное население, чтобы «удерживать такие районы, как Нью-Барнсли», для притока католических семей, которые, как ожидали «прово», будут вынуждены покинуть некоторые районы, например, «Шорт-Странд в Восточном Белфасте или жилой комплекс Бонмор на окраине города».

Захват Хьюза, Лофлина и документов стал крупным разведывательным успехом армии, которая использовала СМИ для раздувания радикальных элементов «документов судного дня» «прово». В течение нескольких дней после ареста многие национальные газеты публиковали статьи, изображающие Хьюза как человека, который водил Daimler и носил полосатый костюм. Освещение этой истории было подробным и фантастическим, но элемент, который использовала армия, наносил ущерб «временным», разрушая их планы Армагеддона.

Когда новость о налёте на Мертлфилд-парк стала достоянием общественности, многие факты были скрыты от внимания СМИ. Наличие записей телефонных разговоров не раскрывалось до гораздо более позднего времени. К сожалению, не все записи, находившиеся в распоряжении ИРА, были в квартире, хотя ИРА была вынуждена отказаться от прослушивания штаба армии. То, что никогда не было обнародовано и тем более признано армией, – это наличие бункера, начинённого взрывчаткой. Участок фабрики действительно был подвергнут обыску, и взрывчатка была изъята. Я спросил ИРА, почему они не предали этот факт огласке.

«Никто не осмеливался приближаться к этому месту, и нужно было учитывать ограничение ущерба в отношении других текущих операций. Конспиративная квартира в Нокбреда не была обнаружена, как и базы на Антрим-роуд. Но в такой войне ничто не является тем, чем кажется. Те из нас, кто знал о бункере, остались размышлять о том, кто был осведомителем. Армия действовала умно. Они просто сохраняли тайну существования бункера, чтобы запутать нас, создать паранойю. Нам пришлось спросить себя: “Что им известно? ” Понимаете, была возможность, что они знали всё с самого начала и следили за нами. Потребовалось время, чтобы разобраться в этом. Реальная история в том, что они заставляли нас думать, потому что, во‐первых, у них был внедрён высокопоставленный осведомитель. Они знали, что мы прослушиваем их штаб, и знали, что мы следим за появлением их агента, за тем, чтобы он совершил ошибку. Сначала никто не мог проверить бункер из страха, что они его не обнаружили или что они обнаружили и ждут, пока кто‐нибудь попытается извлечь взрывчатку. Прошло некоторое время, прежде чем мы проверили, что они забрали содержимое бункера. К тому времени мы нашли шпиона среди нас.

Оказалось, что он работал в отделе квартирмейстера бригады. Ублюдок долгое время не вызывал подозрений. Постепенно мы изолировали всех, кто мог знать о хранилище. Только подумайте, какими умными могут быть британцы. Они ударили по хранилищу, потому что знали, что провал на Мертлфилд-парке создаст достаточно путаницы, чтобы подозрения не привели к их человеку внутри бригады. Когда мы идентифицировали парня, который подтвердил наши худшие подозрения, мы устроили для него сложную ловушку. Мы рассудили, что если он шпион, то предсказуемо отреагирует на созданную нами ситуацию. Мы отправили его встретиться с кем‐то через границу, но мы проложили для него маршрут. В Южном Арма его машину остановил патруль, который он принял за британский армейский патруль. Один из патрульных вытащил его из машины, сказал, что они знают о его причастности к ИРА, и пригрозил застрелить его. Другие сказали, что они из SAS, что свидетелей нет, и посоветовали человеку, державшему его под дулом пистолета, “пристрелить ублюдка”. Это сработало, он выпалил поддельному патрулю, что он из армии, назвал код и сказал им проверить его. После допроса мы предали его военному трибуналу. Он был женат, но детей не было. Мы похоронили его тайно. Армия, должно быть, удивлялась его исчезновению, но такова война. Только в 1976 году мы его ликвидировали, и к тому времени он нанёс нам большой ущерб.