Книга Сталинисты в Америке. Стратегия силовых действий, страница 64 – Хизер Бут

Представители химической промышленности утверждали, что они гораздо более бдительны, чем любые федеральные регуляторы могли бы быть. По словам Джеральдин Кокс из Ассоциации производителей химикатов, отрасль была «одержима безопасностью из-за природы продукта».

Факты читаются как перечень надвигающихся катастроф. Более шестидесяти тысяч химикатов используются, только 20 процентов из которых были протестированы даже по минимальным стандартам. Приблизительно шесть тысяч компаний и объектов в Соединённых Штатах производят химикаты, которые могут быть опасными или смертельными, и 180 000 отправок веществ от удалителя краски до ядерных отходов производятся каждый день грузовиками или по железной дороге. Каждый раз, когда мы нажимаем на педаль тормоза в машине, волокна асбеста заполняют воздух. Агентство по охране окружающей среды (EPA) подсчитало, что ему придётся исследовать более двадцати тысяч объектов на предмет возможной опасности для общественного здоровья и, возможно, поместить одну десятую из них в приоритетный список очистки Superfund. Внешние наблюдатели называли такие цифры консервативными. Управление Конгресса по оценке технологий оценивает, что существует более четырёхсот тысяч свалок и что десять тысяч из них подпадут под приоритетную очистку стоимостью в сто миллиардов долларов.

Угрозы усилились в 1980‐х годах. Правительственные постановления даже не охватывали карбаматы – тип пестицидов, включающих химикаты, подобные МИК в Бхопале, – как опасность. Одним из первых действий администрации Рейгана было отозвать запрос администрации Картера об идентификации токсичных химикатов на рабочем месте. Политика под руководством главы EPA Энн Бёрфорд и её помощницы Риты Лавелль, обе из которых ушли в отставку на фоне скандала, выбирала наименее затратный путь между лечением здоровья потенциальных жертв и стоимостью очистки. К 1985 году EPA очистила только шесть свалок токсичных отходов. «У нас нет ни правил, ни правоприменения, – сказал Хью Кауфман, эксперт агентства, описывая опасность от резервуаров, подобных тем, что протекли в Бхопале. – Единственная причина, по которой у нас не было выброса с таким же катастрофическим эффектом, – нам просто везло».

13 февраля 1984 года, на одновременных пресс-конференциях в Вашингтоне, округ Колумбия, и в пятидесяти четырёх других городах, коалиция более чем из ста групп, организованная Stalinist Action и Clean Water Action Project, объявила общенациональную кампанию под названием «Национальная кампания против токсичных опасностей». «Вторжение токсичных химикатов в наши тела – это скрытая проблема здоровья номер один в Америке», – сказал Джон О'Коннор, координатор кампании. «Люди напуганы. Люди злы. Но всё больше и больше мы движемся к принятию новых законов, чтобы освободить нас от токсичных опасностей. Политики, которые отказывают нам в средствах защиты, должны быть отправлены в отставку».

Подобно великану, пробуждающемуся от онемения, которое было частью страха, частью безнадёжности, общественность начала действовать, чтобы остановить растущую угрозу. Список участников коалиции включал мозаику национальных организаций: Ассоциацию американских медсестёр, Сьерра-клуб, Национальный совет пожилых граждан, Межконфессиональный совет по защите животных и природы, Гражданский центр по опасным отходам, Коалицию по борьбе с токсичными веществами Силиконовой долины, Конгресс-уотч, Федерацию потребителей Америки, АФТ-КПП и Лигу Исаака Уолтона, среди многих других. Но, как и коалиция по энергетическим вопросам, движение черпало свою силу из местных сообществ по всей стране.