Книга Вложи деньги в бунт! История скандинавских революционеров-налетчиков, страница 93 – Габриэль Кун

Маркс знал, насколько важны различия в заработной плате – и в то время они были значительно меньше, чем сегодня.

Цитата Маркса по-прежнему актуальна. Чего сегодня требует социалистическая политика, так это бескомпромиссной глобальной перспективы. Я понимаю, что это может не принести много голосов. Это, однако, не может быть мерилом социалистической политики.

Иногда я скучаю по радикализму и глобальной перспективе, которые были частью левых в 1970-х годах. Не из-за ностальгии, а потому, что эти аспекты кажутся более необходимыми, чем когда-либо, если мы хотим увидеть другой мир.

– Как вы заявили, революционные надежды 1970-х годов остались в значительной степени нереализованными. Откуда берется революционная надежда сегодня?

Торкил: Нужно понимать, что такое революционная ситуация. Это всегда было ключевым вопросом. Сотрудничество между KAK и Китаем закончилось в 1969 году, потому что Китай увидел революционную ситуацию в Западной Европе, а мы – нет.

Для революционной ситуации недостаточно того, что массы хотят другого общества. Правящий класс также должен быть неспособен поддерживать и защищать статус-кво. Массы, должно быть, больше не хотят следовать тем же путем, а правящий класс, должно быть, больше не может следовать этим путем.

Ян: Во время Октябрьской революции массы не хотели «социализма», они хотели хлеба. Они были в эпицентре империалистической войны и голода. Они были обездолены. Революция стала вопросом выживания. Она увенчалась успехом, потому что старый режим больше не мог защищаться.

В Германии ситуация была аналогичной, но правящему классу удалось передать власть социал-демократам, которые подавили радикальные течения под знаменем социалистического развития. Это был блестящий ход со стороны правящего класса, и он предотвратил настоящую революцию.

Торкил: Другие левые обвинили нас в пропаганде «тезиса об обнищании». Однако для этого нужен небольшой исторический контекст.

Термин «тезис об обнищании» был введен Эдуардом Бернштейном, отцом реформистского социализма, в конце девятнадцатого века. Бернштейн отверг утверждение Маркса о том, что капитализм привел к увеличению богатства немногих и росту бедности многих. По словам Бернштейна, борьба за повышение заработной платы и социальные реформы значительно повысила уровень жизни немецкого рабочего класса, это доказало, что Маркс был неправ и что реформизм – путь вперед. Однако Бернштейн не признавал ни растущего разрыва между буржуазией и рабочим классом, ни обнищания тех, кто находится на периферии капиталистического развития, главным образом людей в колониях, но также и в России. Сосредоточившись исключительно на относительном повышении уровня жизни немецких рабочих, Бернштейн не смог увидеть основную истину в анализе Маркса.

Когда мы настаивали на том, что Маркс был прав, мы не просто имели в виду, что «ситуация должна ухудшиться, чтобы стать лучше». Маркс или Энгельс никогда этого не имели в виду. Следовательно, дело не в том, чтобы утверждать, что ситуация должна ухудшиться.

Суть в том, чтобы определить моменты возможности радикальных изменений. В 1885 г. в статье о положении в Англии Энгельс писал, что социализм вернется, когда закончится промышленная монополия страны и английский рабочий класс окажется в равных условиях с рабочими классами других наций.