Книга Вложи деньги в бунт! История скандинавских революционеров-налетчиков, страница 51 – Габриэль Кун

Мы не согласны, что давали себе «моральную свободу действий», как это говорит ПК. Всегда были границы, которые мы не переступали в нашей деятельности. Мораль всегда была важна, и у нас было бесчисленное количество дискуссий о моральных последствиях нашей практики. Это стало предельно ясно в связи с возможным похищением Раузинга. У всех нас были проблемы с этой идеей. В то же время на нас сильно повлияли израильское вторжение в Ливан, тысячи убитых людей и массовые убийства в Сабре и Шатиле. Борьба палестинцев была нашей борьбой. Они были нашими друзьями. Мы чувствовали близость к ним и поэтому сдвинули наши моральные границы – на некоторое время. Но это не означало, что кому-то была предоставлена «моральная свобода». План и связанные с ним страдания тяжело сказались на всех нас. «Моральная свобода» означала бы бездействие.

Конечно, применять насилие в Дании было проблематично. Но мы не считали, что наша практика ограничивается датским контекстом, мы рассматривали ее в контексте глобальной борьбы. Мы действовали в мире, который был разделен на богатые и бедные страны; в мире без глобальной демократии, в котором принцип «кто сильнее, тот и прав» определял международные отношения. У антиимпериалистических движений с демократической программой и без поддержки со стороны вооруженного освободительного движения не было ни единого шанса против вооруженного до зубов и безжалостного в исполнении своей власти империализма. С нашей точки зрения, передача ценностей из богатых стран бедным, особенно если они были получены освободительными движениями, была оправдана.

Вот конкретный пример: в 1947 году ООН приняла – при голосовании Дании – план раздела Палестины с целью создания как израильского, так и палестинского государства. Шли годы, но ни Дания, ни Совет Безопасности ООН ничего не сделали для обеспечения выполнения этой резолюции. Пока израильтяне строили свое государство, палестинцы томились в лагерях беженцев. Итак, что вы делаете как гражданин демократической Дании? Играете ли вы по демократическим правилам своей страны или продвигаете демократические права на международном уровне?

Что должен делать демократический интернационалист, когда богатые и могущественные демократии полностью теряют из виду демократические ценности в своей внешней политике, и когда это приводит к тому, что люди лишаются права создавать свои собственные независимое государство? Оправдывает ли это поддержку их дела незаконными средствами? Вот с какими вопросами мы столкнулись.

В этом мире неравенства мы жили и действовали в стране, в которой не было стремления к революционным переменам. Вот почему мы не рассылали коммюнике с объяснением наших действий, в отличие от таких организаций, как RAF, «Красные бригады» и других, с которыми мы были связаны. В контексте Дании наша деятельность была просто преступной. Это также было причиной, по которой мы никогда не чувствовали, что правовая система обращается с нами несправедливо, почему мы никогда не считали себя политическими заключенными. В контексте датского государства и правовой системы мы были чистыми преступниками. Мы ответили на вопросы, с которыми столкнулись, определенным образом, и нам пришлось принять последствия – даже если мотивы нашей преступной деятельности коренились в анализе глобальной политической системы.