Книга Вложи деньги в бунт! История скандинавских революционеров-налетчиков, страница 26 – Габриэль Кун

Такова была, вкратце, история преступной деятельности KAK. Степень насилия, которую мы были готовы применить, обсуждалась перед каждым действием. Это вызывало у нас большую озабоченность. Мы всегда старались свести к минимуму риск для жертв. Например, мы приложили много усилий к изготовлению дубинок, которые приносили бы как можно меньше вреда. В то же время, да, мы были готовы использовать дубинки, предупредительные выстрелы и физическое принуждение. Мы оправдывали это значительной поддержкой, которую эти средства позволили нам оказать освободительным движениям. Независимо от того, каковы были точные первоначальные намерения Готфреда и Уллы, главной мотивацией участвовать в этой деятельности для нас всегда была как можно более эффективная поддержка освободительных движений.

Давайте внесем ясность: у нас не было связей с незаконными организациями в Западной Европе, включая RAF в Западной Германии или «Красные бригады» в Италии.

Мы сотрудничали с НФОП, а не с Вади Хаддадом. Мы были самоуправляемой и независимой организацией, а не частью НФОП.

Мы отвергаем предположение ПК о том, что КАК, а позже и М-Ка, принадлежали к международной «террористической сети». Утверждения ПК ложны; они основаны на небольшой части фактов и большой доле воображения. Он предпочитает драматизм документации.

ПК предполагает, что мы сотрудничали с RAF. Это чушь. Уже в 1975 году мы опубликовали критический анализ теоретических и практических рекомендаций RAF.

Мы никогда не разделяли позиции RAF о том, что Западная Германия была фашистским государством с демократическим фасадом. Более того, RAF хотела поддержать борьбу в странах Третьего мира путем создания антиимпериалистического фронта в Западной Европе. Мы считали это совершенно невозможным. Мы никогда не рассылали ни единого коммюнике, объясняющего наши действия именно из-за этого. Для нас не было реальной революционной перспективы в Западной Европе. Перемены должны были произойти в странах Третьего мира, и поэтому самым важным, что нужно было сделать западным антиимпериалистам, была материальная поддержка освободительных движений Третьего мира. Мы заявляли об этом снова и снова в наших статьях, брошюрах и книгах.

Следовательно, основная причина, по которой у нас не было никаких контактов с RAF, была политической. Однако была и тактическая причина. Когда мы начали сотрудничать с НФОП, мы также видели, как их посещали многие другие европейцы.

Мы не были заинтересованы в том, чтобы встречаться с ними или даже быть узнанными ими. В свете нашей незаконной деятельности любая форма контакта с RAF или подобными группами представляла бы серьезную угрозу безопасности. Поэтому мы разработали процедуры с НФОП, которые гарантировали нам отсутствие контактов с другими европейцами во время наших визитов. Мы не хотели, чтобы арестованный член RAF упомянул тайную датскую группу, занимающуюся грабежами, как средство поддержки освободительных движений Третьего мира. По той же причине мы избегали контактов с палестинскими активистами в Дании. Только однажды, после того, как мы потеряли контакт с НФОП во время распада KAK и последующего основания M-KA, мы решили связаться с членами НФОП, живущими в Дании. Мы немедленно поплатились за это: члены НФОП оказались под наблюдением агентов PET, которые, следовательно, также проявили к нам интерес. Мы никогда не повторили этой ошибки.