Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 78 – Эдуард Тен

Текст предписания гласил:

«Его сиятельству полковнику казачьей службы графу Иванову-Васильеву.
Согласно личному приказу его императорского величества, Вам следует безотлагательно прибыть в Петербург. На месте Вам надлежит уладить текущие дела, требующие Вашего личного участия, и передать командование пластунским батальоном войсковому старшине князю Долгорукому. Подробные указания переданы Атаману Кавказского казачьего войска генерал-майору Колосову.»

Внизу стояли число, подпись и круглая сургучная печать.

Неожиданный вызов заставил меня замереть в растерянности. Моё состояние не укрылось от Баровича.

— Что случилось, Пётр Алексеевич? — тревожно спросил он.

Я молча протянул депешу. Барович взял бумагу, и я следил, как его взгляд скользит по строкам. Прочтя, он поднял на меня задумчивый взор.

— Сидя здесь, мы ничего не узнаем, — наконец произнёс он. — Явно нечто важное, раз последовал личный приказ государя. Вам стоит воспользоваться вашими связями, Пётр Алексеевич. Навестите его императорское высочество — быть может, он сможет пролить свет на эту загадку.

— Нет, не думаю, что цесаревич знает причину моего вызова.

Я отбросил тревогу и принялся холодно анализировать предписание. В нём указывалось: «Уладить все дела, требующие личного участия». Вот оно, главное! Значит, мне не велено бросать всё и мчаться в Петербург сломя голову. Следовало спокойно завершить дела и передать командование Андрею, недавно произведённому в войсковые старшины ( подполковник). Выходит, меня готовят к чему-то долгосрочному. А если всё держат в секрете, значит, дело — не для чужих ушей.

Наступившая ясность разом развеяла все опасения. Я встретил внимательный взгляд Баровича, который молча наблюдал за мной.
— Вы, кажется, пришли к какому-то решению, Пётр Алексеевич?
— Так точно, Юрий Германович.
— Простите моё любопытство, ваше сиятельство, но не сочтите за труд… поделитесь мыслями, если это возможно?
— Почему же нет? — я изложил ему ход своих размышлений.

Барович выслушал, задумался на мгновение и изрёк:
— Всё логично и обоснованно. Позволю себе добавить лишь одно: требование завершить дела, которые не терпят вашего отсутствия, — верный признак скорого нового назначения. — Он многозначительно улыбнулся.
— И что это означает? — подыграл я.
— Что именно? — оживился Барович.
— А то, что мы с вами — умные персоны! — после короткой паузы мы не сговариваясь рассмеялись.

Барович лишь озвучил мою заключительную мысль: меня, скорее всего, ожидало новое назначение.

По пути в лагерь полусотни меня внезапно накрыло чувство, которое даже грустью назвать было нельзя — вселенская, беспросветная тоска. Придётся оставить всё, что было нажито за эти годы. Дела, доходы — всё это мелочи, суета. Батальон! Вот что стало главным делом моей жизни. И теперь страх, что всё это рухнет без меня, буквально выворачивал душу наизнанку.

«Стоп!» — резко одёрнул я себя и для верности ущипнул. С чего это вдруг — развалится? Андрей вполне справится с батальоном, вернее, уже с бригадой. Наверняка вопрос о преобразовании уже решён. И другие офицеры не дадут пропасть моим начинаниям. Если всё пойдёт так, как я думаю, то мне нужно найти в себе силы… просто отпустить своё детище в свободное плавание. Егор со своими дружками не позволит, чтобы всё развалили. Да и я буду настаивать, чтобы меня назначили шефом бригады. Так что я буду незримо присутствовать и смогу вовремя поправить, если что.