Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 33 – Эдуард Тен

— Ну что, донцы, есть желающие рискнуть? — Я достал золотой червонец и ловко подбросил его. — Ставлю червонец на своих. Будь то на кулачках, будь то на шашках. Найдётся, кто ответит? Можно и восемь рублей серебром, — подначивал я казаков.

— Годится! — вызвался приземистый, кряжистый урядник. — Один бой на кулаках, второй — на шашках. Покажи второй червонец!

Я демонстративно бросил две золотые монеты в свою пластунку. Туда же урядник звонко ссыпал пригоршню серебра. Вокруг начала собираться заинтересованная публика. Наиболее азартные тут же начали делать свои, более мелкие ставки.

— На кулаках выхожу я, — заявил урядник, скидывая форменный кафтан и засучивая рукава рубахи.
Донцы и подошедшие жандармы громко подбадривали своего бойца. Пластуны же стояли молча, без суеты, — казалось, никто из них не сомневался в победе Паши, который неспешно сбрасывал с себя ремни и амуницию. Ставки наши делали так же молча.

Соперники сошлись в центре круга, медленно двигаясь напротив друг друга, внимательно следя за каждым движением. Урядник нанёс несколько первых аккуратных и расчётливых ударов. Паша легко уклонился, имитировал подсечку и в открывшуюся брешь вложил короткий прямой левой, тут же добавив жёсткий правый хук в челюсть. Урядник, после секундного оцепенения, тяжело рухнул лицом в землю. Раздались разочарованные вздохи и ахи. Казака привели в чувство и усадили за границами круга.

— Может, достаточно? — громко предложил я. — Как бы не так! Я вам покажу, кто такой настоящий донской казак! — В круг уверенно вышел молодой казачий офицер с погонами хорунжего. — Хорунжий Чайка. — Давай, Чайка, покажи этим пешцам, хто хозяин здеся! — с новым азартом закричали донцы, воспрянувшие духом после первого поражения. — Савва, сыграй с хорунжим, — тихо сказал я своему бойцу. — Не вали сразу. Пусть народ зрелищем насладится. Хорунжий оказался бойцом отменным. Он тут же ринулся в атаку, осыпав Савву градом ударов на всех уровнях. Савва фехтовал шпагой, сделанной тем же мастером, что выковал и мой клинок. Он и Андрей были моими лучшими учениками. Савва не подвёл. Он и впрямь вёл красивую, почти артистичную игру с Чайкой, ловко уходя от его хитрых выпадов и финтов. Дождавшись момента, когда хорунжий, увлёкшись атакой, открылся, Савва резко вошёл сбоку и нанёс точный удар ногой в наружную часть бедра левой ноги противника. Чайка с гримасой боли рухнул на колено, а Савва тут же легонько приставил острие своего клинка к его груди.

— Стой! Бой окончен! — крикнул я.
Савва мгновенно отступил на шаг, приняв стойку «вольно». Хорунжий, сидя на земле, с недоумением потирал онемевшую ногу. — Ловкий приём, чёрт возьми, — скорее с уважением, чем со злостью, проговорил он, глядя на Савву. — Я такого не знаю. Покажешь? — Обязательно покажу и всё разъясню, — улыбнулся Савва, протягивая руку и помогая хорунжему подняться. — Болит, зараза, — поморщился Чайка, с трудом опираясь на повреждённую ногу. — Потерпи чутка, скоро пройдёт, — успокоил его Савва, поддерживая под локоть.

— Тут, командир, народ просит, чтобы ты плова сварил, — подошёл ко мне Эркен. — Деньгу сорвали, можем себя побаловать. Мы в городе узнали — есть тут один армянин, достанет и сарацинского зерна, и всех нужных приправ. Скажешь слово — мы мигом всё достанем.