Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 5, страница 30 – Миф Базаров

— Ген, дай мне неделю.

— А через неделю что?

— Позвоню. Не выйдет позвонить — напишу, — я кивнул на станину. — Я тебе обещал, что буду решать в управлении, и я решу. Сделаю всё, что смогу. Если не смогу, то всё равно позвоню и скажу прямо, как бы там ни вышло.

Гена долго смотрел на меня, потом стёр столбик ладонью, одним движением, и накрыл станок холстиной.

— Добро. Неделю жду. До твоего звонка никуда не трогаюсь.

— Договорились.

Такси Гена вызвал сам, с аппарата у ворот. Ждать вышли во двор: Захар с Санькой вынесли сумки и уселись на них, Анна стояла рядом с Машей и о чём-то с ней разговаривала.

Я выкатил огненного за ворота. Гена подошёл следом, присел у заднего колеса, двумя пальцами проверил натяг цепи и поднялся. С натягом всё было в порядке, и мы оба это знали.

Потом он вытер ладонь о штаны и протянул мне. Держал долго и в этот раз не давил, как при знакомстве.

— Масло через тысячу километров смени, он сам не попросит, — сказал Гена.

Я кивнул.

— Пока.

— Ну, бывай.

У платформы нас встретил начальник состава, сухой капитан с седыми усами. Он глянул на плащи, потом на Захара и козырнул ему.

— Захар Васильевич, пойдём без огней до самого старого города. Миграция в этом году дурная, думали, что закончилась, а тут ещё одна волна, на равнине до сих пор неспокойно.

— До Кипени за сколько дойдём? — спросил Захар.

— На всех парах повезу, так что к пяти будем. Если равнина пустит.

Огненного закатили на заднюю площадку, между станиной орудия и ящиками со снарядами. Я перевязал его сам и прошёл в соседний вагон. Заслонки на амбразурах задраили изнутри, лампу над столом притушили наполовину.

Состав тронулся без гудка и пошёл к воротам туннеля из Балтийска, и через стенку вагона было слышно, как на передней площадке лязгнул затвор орудия.

Вскоре бронесостав набрал такой ход, какого я на этой ветке ещё не видел. Неделю назад поезд полз здесь на малой скорости, расстреливая монстров, подошедших к городской стене. Сегодня нас везли налегке, и поезд шёл на всех парах.

Состав получился короткий. Головной боевой вагон с орудием, за ним локомотив, потом командирский, а замыкал ещё один боевой, и там стоял прикреплённый огненный. Между вагонами можно было ходить насквозь, как в обычном пассажирском составе.

Командирский оказался настоящим штабом на колёсах. Посередине вагона стоял длинный стол под лампой в проволочной сетке, вроде тех, за какими в управлении проводят совещания, только привинченный к полу. Вдоль стен короткие диваны в тёмной коже, с высокими спинками, между ними откидные столики. По обеим сторонам, через равные промежутки, чернели закрытые амбразуры с рукоятками заслонок, а под ними тянулись полки с ящиками, на которых по трафарету выведены номера. В углу у прохода блестел медный титан с краном, рядом на полке ждали кружки, жестянка с чаем, галеты и сухпайки в вощёной бумаге. Всё, что нужно для долгой работы.

Захар на правах хозяина пошёл к титану и налил всем чаю.

Дверь головного открылась, вошёл начальник состава, сухой капитан с седыми усами.

— Захар Васильевич, пойдём ходко, как и просили, но предупрежу: возможно, будет сильно трясти. Если понадоблюсь, я в головном, у орудия.

— Нам ничего не нужно, капитан, — Захар протянул ему кружку, и тот качнул головой. — Сами управимся. Понадобится — вызовем.