Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 5, страница 24 – Миф Базаров

— Помнишь, что он любил?

— Бережок-то? Такое не забыть. Вечно, когда шли куда-то, он шаги считал вслух и постоянно прикидывал, сколько ещё осталось.

Захар слушал, держа кружку обеими руками, и на этом месте усмехнулся в первый раз за день.

— А в институте на какой кафедре учился?

— На боевой.

Захар поставил кружку на стол.

— Санёк, ты бабке на втором курсе что прислал?

— Письмо, наверное.

— Склянку ты прислал. Аптечную, с притёртой пробкой, новый эликсир от ожогов, его уже через год в производство пустили. А бабка ту склянку до сих пор на полке хранит рядом с карточкой и никому трогать не даёт. Семь лет уже.

Санька посмотрел на дядю и не ответил.

— Так на какой кафедре?

— На боевой, дядь Захар. Практика с третьего курса, полигон, потом выезды. Эликсирами у нас девчонки занимались.

Он сказал это без запинки.

В комнате стало слышно, как за окном газует грузовик.

— А зверя моего покормили? — вдруг спросил Санька.

Захар повернул голову.

— Какого зверя?

— Киршу, грифона моего. Ему свежее мясо надо каждый день, битое он не берёт, только парное. Два дня не дашь — клетку разносит.

Никто не ответил.

— Дядь Захар, — Санька перевёл глаза с него на меня и обратно, — я же его с четвёртого курса держу.

Анна тихо поставила свою кружку на стол.

— Ладно, — сказал Захар, — ты мне лучше вот что скажи. Вчера что делал?

Санька открыл рот.

И ничего не сказал.

Он вспоминал, честно вспоминал, я это видел. Он не путался и не тонул в тумане. Вчерашнего дня у него просто не было. Пустая графа, куда забыли вписать.

Захар отошёл к окну и постоял там, глядя вниз, на Стрелецкую.

— Игорь, что делать?

— Лечить. Но не здесь и не сейчас.

— А когда?

— Для такой работы мне нужны три вещи: тишина, время и полный источник. Сейчас нет ни одной из трёх.

— То есть в поезде? — Захар посмотрел на меня.

— В поезде, — кивнул я.

— И правильно, — сказала Маша от двери. — Захар Васильевич, там всё держится друг на друге, как поленница. Вынешь полено из середины — поедут не только верхние, но и те, что по соседству, потом следующие. И через неделю он вам тогда такие байки расскажет…

Снежный ничего на это не ответил, лишь задумчиво смотрел на своего родственника.

Телефон зазвонил минут через пятнадцать. Захар снял трубку, послушал, сказал «понял» и повесил.

— Через шесть часов поезд будет подан на вокзал Балтийска, — сказал он. — К шести утра будем уже в «Ярцево» на моём.

Все понимали, что шесть часов — это много.

Я стоял у окна и смотрел вниз.

Пыль наконец села. Полицейские вытаскивали фургон из витрины, рывками, и при каждом рывке из пролома сыпалась кирпичная труха. Заклиненное переднее колесо шло юзом. И теперь, когда фургон отошёл от стены, между ним и крыльцом стал виден мотоцикл Морозова.

Я сунул руку в карман и нащупал связку ключей старого инквизитора.

Один ключ от зажигания. Второй ключ от бензобака. Третий, небольшой, так и остался для меня загадкой.

— Собирайтесь, — сказал я. — Кажется, я знаю, чем занять эти шесть часов.

Вниз я спустился первым и пошёл по коридору, не останавливаясь.

— Господин инквизитор, — дежурный догнал меня, когда я уверенно свернул к служебным помещениям. — Там хозяйственное крыло, там нет выхода. Кладовые, оружейка.

— Знаю.

Хозяйственник сидел за конторкой под лампой и писал. Увидев плащ, он начал вставать и одновременно что-то говорить, уронил ручку и стал ловить её по столу.