Книга Золотая тьма. Том 3, страница 42 – Игорь Осипов

Нет, не такой, как на установке, а сказочный. Как в той старой компьютерной игре про охотника на дьявола. И в портале, словно через распахнутую настежь дверь, виделся сочный и будто нарисованный детскими фломастерами мир. Там трава по пояс. Там по рельсам тихо катилась полуденная электричка. Там были частные домики, асфальтовая дорога с проводами на столбах. Можно было даже слышать громкое «Ту-у-у-у-у», какое даёт машинист при приближении к станции. И лай деревенских собак.

Он знал это место. Там была его генеральская дача. Тихий палисадник. Старый внедорожник у красивого заборчика. Мангал с шашлыками.

Его там ждали, но Пётр Алексеевич уже долго и безрезультатно пытался перейти дорогу с чёрными машинами.

— Проснись, человек! — послышался громкий голос.

Генерал повернулся и увидел смутную тень, которая складывалась в женщину в белом и золотом одеянии. И генерал даже узнал в ней Ламинару.

— Это сон? — спросил Пётр Алексеевич, разглядывая гостью.

Ламинара посмотрела на землянина с едва заметной снисходительной улыбкой.

— Конечно же, сон. Я же богиня утренних снов. Но тебе пора. Тебя ждут.

Она взмахнула рукой. Город с порталом исчез, и Пётр Алексеевич вывалился из небытия этого странного сновидения, оказавшись в своём кресле. А за рукав его тряс дежурный.

— Товарищ генерал, — взволнованно тараторил он.

— Что случилось? — быстро протерев ладонями заспанное лицо, спросил Пётр Алексеевич.

— Там ведьма буянит.

— Который час? — поискав взглядом будильник, спросил землянин. А сквозь жалюзи пробивался серый утренний свет.

— Третий каст, товарищ генерал.

Он так и сказал «каст» — используя местную мерку времени. Что в целом правильно — здесь время иное, нежели на Земле, и с Московским имеется постоянно набегающая разница.

Просто непривычно слышать такое от солдат, а не постоянно контактирующих с жителями Реверса прогрессоров.

— И что не так⁈

— Товарищ генерал, она вскрыла сейф с жетонами. Она заставила товарища майора торговаться с духами. Уже половину потратили.

— Да твою мать! — прокричал Пётр Алексеевич и встал с кресла. Затем поправил одёжку, накинул китель и вышел.

А там…

…А там, посередине поляны, стоял раскладной армейский стол, накрытый непонятно откуда взявшейся белой скатертью. И за столом чинно и важно сидела Николь-Астра. На ней было надето светло-вишнёвое бархатное платье с золотой вышивкой, драгоценными камнями и тёмно-коричневым корсажем. На голове диадема с бриллиантом. На самой — сложно тиснёный багряный кожаный пояс со шпагой и чёрным кошельком.

За ворот была заткнута огромная льняная салфетка.

А на столе обычный поднос из солдатской столовой, с тарелками из нержавейки. И рядом с ними золочёный кубок, бутылка вина и кремнёвый пистолет.

На тарелках перловая каша с мясом из пайка, распакованная шоколадка и блюдо с большой печёной рыбиной непонятной разновидности. Больше всего она походила на помесь акулы и марлина.

— Дорогая Николь! — громко произнёс генерал, сверля взглядом волшебницу.

А та откровенно наслаждалась завтраком, и на лице была мечтательная улыбка.

— Да, Пэтэр? — протянула она и улыбнулась немного шире. — Я не стала тебя будить. Решила сама заняться.

Землянин подошёл к столу и стиснул кулаки, чувствуя, как закипает, словно чайник на газу. А чайник, кстати, тоже имелся, как и небольшое серебряное блюдо, которое местные используют для подогрева еды — они льют в него кипяток, а потом в воду ставят глубокую тарелку с супом. Сейчас же в тарелке была армейская каша.