Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 88 – Сергей Орлов

— У меня… у меня сейчас нет больших денег. Вы же знаете моё положение. Ни наличных, ни векселей.

— Я знаю, Прохор, — спокойно ответил я, опершись ладонями о стол. — С тебя денег никто и не требует. Для тебя у меня будет особое задание…

Мездрин замер так, будто я навёл на него арбалет, а его рыжая лисья шапка, и без того помятая жизнью, сплющилась до размеров обычной варежки.

— Какое… задание? — выдавил он шепотом.

Я не торопился с ответом, и вместо этого спокойным, неторопливым движением придвинул к себе чашку и сделал глоток. Чай был чертовски хорош — горячий, с лёгким привкусом мяты, которая приятно холодила горло. Отличная штука, чтобы прочистить мозги, а заодно выдержать поистине образцовую паузу.

Гусятников с Бердышевым уставились на меня с одинаковым, профессионально вышколенным любопытством. Оба купца уже списали Лиса со счетов как отработанный материал и теперь с искренним азартом гадали, на что именно я собираюсь подписать этого неудачника.

Мой же план отличался редким сочетанием простоты, практичности и предельной, граничащей с авантюризмом дерзости.

Схема вырисовывалась жесткая и понятная: деньги мы собрали, подставных людей мы тоже посадим, так что здесь никаких сбоев быть не должно. Но сразу после аукциона начнётся куда более суровая и сложная работа.

Нужно было провести официальную Оценку, заручиться печатью Мозыря, выйти на покупателей, доказать им скрытые свойства артефактов и продать по ценнику, который в разы превышал аукционный. И проблема заключалась не в том, справимся мы или нет. Проблема была во времени, ведь продажа таких вещей обычно растягивалась на долгие месяцы.

Элитные артефакты, каждый из которых тянул на десятки тысяч золотых, не сбыть с лотка как обычную булку. Да, у Мозыря имелся готовый список потенциальных покупателей, но с каждым из них всё равно требовалось наводить мосты. У одного прямо сейчас могло не оказаться нужной суммы на руках, другому конкретный лот мог быть не интересен, а третий и вовсе мог тянуть резину месяцами. Их требовалось обхаживать, договариваться, ждать и подталкивать к нужному решению.

У меня же не было ни времени, ни малейшего желания растягивать получение своей прибыли на долгие месяцы или даже годы. Мне нужны были живые деньги здесь и сейчас. И именно для того, чтобы решить эту проблему в один ход, мне и потребовался Прохор Мездрин.

Логика тут простая. Раз мы не можем продавать двадцать три артефакта по отдельности десяткам разным покупателям, значит, нам нужен один крупный оптовик. Человек, который заберёт сразу весь пакет целиком. И в этом городе найдётся ровно один человек, у которого достаточно свободной наличности, связей и ресурсов, чтобы выкупить всю партию разом и потом спокойно перепродавать её годами через свои каналы.

По иронии судьбы, именно этот человек и являлся владельцем аукционного дома, где мы собирались проводить скупку.

— Вечером ты пойдёшь к Аполлону Обухову, — ровно произнёс я, глядя Мездрину прямо в глаза.

В кабинете мгновенно установилась мёртвая тишина. Мездрин от неожиданности окончательно потерял контроль над собой: его пальцы разжались, и замученная лисья шапка выскользнула из рук, упав на пол и уныло покатившись под стол.

Бердышев в этот самый момент пытался проглотить кусок сладкой плетёнки. Услышав имя Обухова, он мгновенно поперхнулся, зашёлся сиплым кашлем и густо побагровел до самых кончиков ушей. Не удержавшись, он со всего размаха шарахнул тяжёлой ладонью по столешнице. Выпечка на блюде подпрыгнула, а остывший чай в наших кружках пошёл крупными волнами.