Книга Братья Хоторны, страница 167 – Дженнифер Линн Барнс

— Вы не несете за меня ответственности, – снова попытался возразить Джеймсон, его сердце сжалось в груди.

— Я несу ответственность за все. – Брэдфорд приподнял бровь. – Что касается твоей тайны…

«Теперь это просто пепел, – подумал Джеймсон. – Она по-прежнему тайна. Доказательство мне вернут. Проприетар никому не расскажет».

— Ты расскажешь мне все, что я должен знать, чтобы защитить тебя, – потребовал Брэдфорд.

К счастью, и за это стоило поблагодарить Грэйсона, Джеймсон давно научился игнорировать приказы.

— Если проприетар не нарушит свое слово, моя тайна останется тайной и со мной все будет хорошо. – Он помолчал. – Если только герцогиня не доставит проблем.

— Не доставит! – виконт, похоже, совершенно уверен в этом. – Но ты все равно должен мне…

— …ничего не рассказывать? – предложил Джеймсон, обаятельно улыбаясь.

— Я не доверяю этой улыбке.

Джеймсон пожал плечами.

— Вы и не должны. А что касается вашей тайны…

Брэдфорд тут же изменился в лице.

— Она должна остаться тайной. – На секунду повисла тишина. – Он.

Джеймсон понял, что Брэдфорд редко, если вообще когда-либо, упоминал о своем сыне. Миллионы вопросов роились в его голове.

— Я должен поверить, что если бы вы знали обо мне, то стали бы частью моей жизни, хотя я всего лишь ваш племянник. Если у вас есть сын…

— У него есть отец. – Напряжение, исходившее от Брэдфорда, можно было, кажется, пощупать. – Хороший человек. И титул.

— Тоже хороший? – предположил Джеймсон.

Брэдфорд посмотрел на открывающийся за окном вид, на океан и шторм на горизонте и тихо произнес:

— Если станет известно, кто его настоящий отец, разрушится не одна жизнь, в том числе и его матери. Я не могу этого допустить. – Он отвернулся от окна и снова посмотрел на Джеймсона. – Ты понимаешь?

— Да. О некоторых тайнах лучше забыть раз и навсегда. – Джеймсон подумал о словах, которые он написал на своем свитке, о том, как та ночь в Праге терзала его неделями, о том, как он боролся с самим собой, сопротивляясь желанию все рассказать, – и не потому, что он не доверял Эйвери, а потому, что он не доверял самому себе.

Джеймсона Хоторна воспитывали, чтобы он решал головоломки и шел на невообразимый риск, раздвигал границы и переходил за них, если это необходимо для победы. Но на этот раз голос, который Джеймсон услышал в своей голове, принадлежал не Старику.

Он принадлежал Брэдфорду: «Я называю это честью».

— Я верю, что Вантидж в хороших руках, – сказал виконт. – Моя мать… она бы одобрила.

— Я не ищу ничьего одобрения, – сказал Джеймсон, и впервые в жизни это было правдой.

Спустившись вниз, Джеймсон обнаружил Рохана и Зеллу в противоположных концах прихожей.

— Уладили ваши семейные дела? – спросила Зелла. Она перевела взгляд с Саймона на Джеймсона. – Кстати, я не читала твою тайну.

Чутье подсказывало Джеймсону, что это не блеф. Возможно.

— Вы все еще должны мне, – сказал он ей, – ваша светлость.

— Я всегда плачу свои долги, – ответила она, – мальчик.

— Этот мальчик победил вас обоих. – Рохан оттолкнулся от стены и шагнул вперед. – Проприетар будет разочарован. Он попытается это скрыть, но ты явно была его любимицей в этом году, герцогиня.

Зелла улыбнулась Рохану.

— Я выиграла то, что намеревалась выиграть, и я сомневаюсь, что проприетар настолько разочаруется. Честно говоря, мне кажется, он позволил мне участвовать в этом году только для того, чтобы подготовить к следующему году.