Книга Братья Хоторны, страница 110 – Дженнифер Линн Барнс

— В хищении бабулиных денег, в опустошении маминого трастового фонда.

Джиджи обдумывала услышанное.

— Жаль, но я начинаю трезветь. По-моему, мне не помешает еще одна «мимоза».

— Ты напилась «мимозами»? – спросил Нэш.

Джиджи подняла вверх один палец.

Вмешался Ксандр.

— Одной «мимозой»?

— И четырьмя чашками кофе, – призналась Джиджи.

Саванна прищурилась.

— О господи боже!

Джиджи посмотрела на сестру.

— Я прощаю тебя, – сказала она, и оттого, что эти слова прозвучали так неожиданно, Саванна потеряла дар речи. – Ты просто хотела защитить меня.

Джиджи повернулась к Грэйсону.

— Тебя я тоже прощаю, Повелитель лжи, потому что я тебе нужна. – Она посмотрела на Ксандра и Нэша. – Он чересчур серьезен.

— Неправда, – проворчал Грэйсон.

Джиджи подскочила к нему со скоростью молнии и начала щекотать за бока.

— А теперь фотографии…

Грэйсон отбросил ее руку и отпрыгнул, когда она снова попыталась пощекотать его.

— Нам не нужны фотографии, – сжалилась над Грэйсоном Саванна и отвлекла внимание на себя. – Мы уже знаем, куда нам двигаться дальше.

Раздался звон церковных колоколов. Брэдфорд первым добрался до двери.

Она оказалась незаперта.

Джеймсон позволил остальным выйти, затем повернулся к Эйвери и тихо прошептал ей прямо в ухо:

— Мы ищем пещеры контрабандистов. Очевидно, что они на берегу океана. С остальным разберемся потом, главное – найти пещеры.

Но сначала они должны были отыскать выход из огромного «незамка», который, по словам Иена, был для него и его братьев бóльшим домом, чем любое из владений его отца, где они жили.

Его братья, Саймон и Боуэн. Джеймсон выбросил эту мысль из головы, пробираясь по коридору, Эйвери следовала за ним по пятам.

В конце коридора они нашли банкетный зал. Верхнюю половину всех четырех стен украшали обои; нижняя часть была обшита деревянными панелями с вырезанными геометрическими узорами. С белого потолка свисали десятки лепных украшений, каждое заканчивалось треугольным острием.

В одной из стен был выход в другую большую комнату – белую, без мебели, с замысловатой деревянной лестницей, которая вела к фойе с дверью.

Парадная дверь.

Джеймсон распахнул ее и ступил на камень. Поместье осталось позади, его взгляд был устремлен вперед. Вокруг него простиралось зеленое пространство. Рядом с домом росли сады. А вдалеке?

Большие камни. Скалы? А внизу – и так далеко, насколько хватало глаз, – простирался океан.

— Сюда! – Джеймсон даже не оглянулся на Эйвери. Он знал, что она последует за ним в любом случае. Не задумываясь, он на бегу снял смокинг. Девушка, вероятно, жалела, что не может избавиться от бального платья.

Мощеная дорожка пересекала то, что когда-то было ухоженным садом, но теперь заросло. Деревья и цветы, два небольших бассейна с карпами – один прямоугольный, другой круглый, – окруженные живой изгородью. Джеймсон осматривался: горизонт, океан, утесы.

Пробежав еще немного, Джеймсон остановился и постарался не обращать внимания на ноющие ребра, а затем протиснулся под кирпичную арку и оказался в саду камней. Тысячи камней устилали неровную землю, между ними росли мох и трава.

— Не споткнись, – крикнул Джеймсон через плечо.

— Я не из тех, кто прыгает не глядя, – ответила Эйвери, – впереди ворота. Они закрыты.

Джеймсон тоже увидел ворота и стену, окружавшую сад камней. Что, если мы заперты внутри? Минуя статуи, солнечные часы, путаясь в буйно разросшихся растениях.