Книга Маленькая невинная ложь, страница 77 – Дженнифер Линн Барнс

Я, хоть убей, не видела никакого смысла в этом заявлении.

— Чем же?

Лили посмотрела на меня так, словно считала либо очень упрямой, либо непроходимо тупой.

— Зачем ты приехала сюда? – вдруг спросила она.

— Бабушка предложила мне полмиллиона долларов.

Лили даже бровью не повела.

— Что ты ищешь? – продолжила допрос кузина. – Или, если быть точной, кого?

За все время, которое я здесь провела, я ни разу не поделилась с Лили, что хочу найти своего биологического отца. У меня было полно свободного времени, пока она была в школе. И мне казалось, что я успешно сохраняла свои намерения в тайне.

— Ой, брось, Сойер! – Лили махнула рукой в мою сторону. – Я вполне способна сложить два и два. Твоя мама со скандалом уехала отсюда в самый разгар сезона, будучи Дебютанткой. Ты оказалась здесь либо чтобы искупить ее грехи, либо…

Я фыркнула от смеха.

— Или ты здесь для того, чтобы выяснить, с кем она… была близка… до того, как уехала.

Лили Тафт Истерлинг не использовала словечки типа «залетела», «донор спермы» и «внебрачный ребенок».

— Ты знала? – удивилась я.

— А ты считаешь себя мастером конспирации? – Лили не стала дожидаться ответа. – Тебе уже пора понять, что Бал Симфонии – это традиция. Если мы записывали квест на камеру, то будь уверена, твоя мама тоже, и если мы получили копии своих видео, то…

Кузина многозначительно умолкла.

Операция «Тест на отцовство» уже началась. Если предположить, что моим отцом действительно является один из тех четырех, чьи лица мама вычеркнула на фотографии, это рано или поздно будет подтверждено.

Но рано или поздно – это не сейчас.

Рано или поздно не приведет меня к причине ареста Ника.

— Сейчас самое подходящее время, чтобы спросить, не знаю ли я, где Мим держит вещи твоей мамы, – сказала Лили.

Я посмотрела на флешку. Уже поздно. Сейчас мне все равно ничего не выяснить про Кэмпбелл и Ника.

Но это я могу сделать.

— Где Мим держит вещи моей мамы?

Лили собрала использованные ватные диски, выбросила их в мусорную корзину и развернулась к двери.

— На чердаке.

Чердак Лилиан Тафт, естественно, был утеплен, оснащен кондиционером и выглядел безупречно чистым. Помещение занимало весь третий этаж, куда можно было подняться только по лестнице, спрятанной за дверью, которую я принимала за бельевой шкаф.

— Мим не очень организованна, – сказала Лили, глядя на лабиринт из нагроможденных коробок. – В отличие от мамы, которая, на наше счастье, пару лет назад навела тут порядок. Понятия не имею, где лежат вещи твоей мамы, но готова поспорить, что все они собраны вместе.

Через полчаса я наткнулась на портрет в рамке, который, видимо, когда-то висел на втором этаже: Дебютантка Элинор Элизабет Тафт во всей красе. Я никогда не считала, что сильно похожа на маму, но в семнадцать лет она была такой же невысокой и худой, с волосами на несколько тонов темнее моих, веснушками и огромными глазищами. В изгибе ее губ и поднятом подбородке было что-то знакомое.

И у нас действительно были одинаковые скулы.

Этот портрет, вопреки ожиданиям, немного выбил меня из колеи. Белые перчатки. Высокая прическа. Букет белых роз на коленях. Эта девушка была совсем не похожа на маму. Она выглядела как…

— Пустышка, – озвучила я.

Лили, ковырявшаяся в коробках в нескольких шагах от меня, тут же подняла голову.