Книга Слева Направо и Справа Налево, страница 57 – Дженнифер Линн Барнс

Я едва не задохнулась от этих слов, таких порывистых и откровенных. В горле пересохло.

— Я пойду с тобой, но только через скалы. Вместе доберемся до места, где сможем попросить о помощи, и…

— Нет, – его пальцы все еще гладили мои волосы, но вдруг он обхватил руками мое лицо и притянул к себе. – Пойдем со мной, Анна.

Я едва видела его в этой непроглядной тьме. Мы словно снова играли в «Закрой глаза», и я ощущалаего близость, чувствовала его тело, всего его, целиком и полностью.

— Я не могу пойти с тобой, – слова унес ветер, но Гарри все равно меня услышал.

— Почему? – настойчиво спросил он, а потом поцеловал меня, но уже без того напора, с которым задавал свой вопрос. Это был поцелуй-приглашение, песня о любви, обещание чего-то большего.

Я знала, как сильно мне будет не хватать его – как не хватает воздуха утопающему, как не хватает солнца, если оно вдруг погасло. Никаких сожалений.

Я не стала отвечать на его вопрос. В реальном мире он был сыном миллиардера, которого считали погибшим. Он был виновен в страшной трагедии, и лучше было бы, чтобы он никогда о ней не вспомнил, потому что мне и самой было невыносимо больно думать о случившемся.

Промокшая до нитки, я задрожала от холода. Гарри провел большим пальцем по линии моей челюсти, уткнулся в меня носом, а потом взял за руку и потянул в сторону маяка.

— Что ты делаешь? – спросила я. Что я делаю? Что я наделала?

— Теперь ты будешь моей пациенткой.

Мы подошли к двери маяка.

— Позволь теперь мне позаботиться о тебе, – сказал Гарри, увлекая меня внутрь, спасая от ветра и дождя.

Внутри маяка не было ни света, ни тепла, ни одеял.

Только мы с Гарри.

Он выжал мои мокрые волосы, затем осторожно начал распутывать их пальцами. Потом снял рубашку и притянул меня к себе. Тепло его тела согревало меня, пока он выжимал уже мою рубашку.

Вода стекала по моей шее, по спине, и его пальцы проделывали тот же путь.

Я уже не дрожала от холода.

— Ты не обязан это делать.

Его ответ был известен мне и без слов. «Разве ты не знаешь, Анна Слева Направо и Справа Налево, что для тебя я сделаю все что угодно?»

Мы вернулись в лачугу перед самым рассветом. Джексон был дома. И он не спал. Сурово взглянув на нас, он что-то проворчал, а потом поспешил и вовсе уйти.

— Чертовы дети.

Я бросила на Гарри предостерегающий взгляд и пошла следом за мужчиной, который несколько недель назад вытащил его из воды.

— Джексон…

— Это не мое дело, – буркнул Джексон. Наверняка он заметил, что я перестала уходить, что мы с Гарри то и дело исчезали по ночам, но предпочитал ничего не говорить.

— Это ваше дело, – возразила я, а когда Джексон не ответил, заставила себя сказать то, чего мне совсем не хотелось говорить: – Ему намного лучше. Конечно, он еще не полностью восстановился, но уже сможет пройти через скалы.

Я сомневалась, что Гарри когда-нибудь полностью восстановится. Да и шрамы останутся навсегда.

— Он собирается уходить. – Я отвела взгляд и впервые произнесла вслух эти слова: – И я тоже. Я покидаю Роквэй-Вотч, Джексон. Не с ним, конечно. Я понимаю, что не могу уехать вместе с ним. Но как только мы доберемся до места, где сможем вызвать помощь и где никто не свяжет нас с вами, как только люди его отца примчатся за ним, я уеду из этих мест.