Книга Князь Медведев. Тайна рода, страница 52 – Вячеслав Уточкин

Я забрал спас-плот и устроился в броневичке Железкина. Двигатель рыкнул. Мы направились к месту моего заплыва.

Через несколько минут броневик свернул к пристани на берегу Невы. Спустились к воде. День давно перевалил за середину. Но по Неве не сновали прогулочные катера. Да и на дорогах движение было минимальным. Город затаился и ждал.

Пока я осматривался, Железкин достал спас-плот и быстро привёл его в боевую готовность. Потом протянул руку. Я пожал её, разместился на плоту и оттолкнулся. Течение подхватило и понесло меня вниз, в самый центр города.

— Северное Сияние, — обратился я к Бубну, — ты защиту вскрыть сможешь?

— Если это то, о чём я думаю, — хрипло ответил Бубен, — то нет.

Я приподнял бровь.

— И о чём же думает мой болтливый друг?

Со стороны я выглядел, наверное, странно. Одинокий человек плывёт по Неве на ярко-жёлтом плоту и беседует сам с собой. Вон, даже местная рыба заинтересовалась и выпрыгнула на плот.

Однако, как любил говорить шаман, такая рыба нам не товарищ. Чешуя облезла, глаза светятся тусклым молочным светом. Кишки где-то потеряла, зато обзавелась загнутыми внутрь зубами.

Ухнеб мгновенно оказался в руке. Удар, и вместо ожившего рыбьего трупа на плоту вонючая лужа слизи.

Меж тем Бубен продолжал:

— Похоже, мы столкнулись с одной старой легендой Ассоциации Миров Некрополиса, — голос его опустился до зловещего шёпота. — Давным-давно жил Король-Некромант. Когда враги взяли город в осаду, жители не захотели умирать за его величество. Тогда он решил умереть за них сам.

— Звучит как-то плохо, — поморщился я.

— Ага, — согласился Бубен. — Перед окончательной смертью Король проклял своих подданных. А саван, в который его завернули, превратился в артефакт «Саван Мёртвого Короля».

Над водой повисла неприятная тишина.

— Если есть сильный источник энергии, или если провести специальный ритуал, — продолжил Бубен, — надевший саван превратится в лича. А вокруг возникнет зона, где всё живое станет мёртвым и восстанет тупыми зомби. Пока жив лич, купол будет стоять и отравлять мир своими флюидами.

Я передёрнул плечами от такой сказочки, продолжая развоплощать мёртвую рыбу Ухнебом. Рыбы в Неве хватало, и почему-то она считала меня главным блюдом на этой реке.

Петропавловская крепость приближалась. Купол вокруг неё смотрелся сероватым туманом. Заморосивший внезапно дождь настроения не улучшал.

Серая прозрачная пелена приближалась. Вместе с ней наваливались тоска и безысходность. Даже мёртвая рыба перестала мной интересоваться. Через несколько минут плот мягко ткнулся в серую преграду. Течение тут же потянуло его в сторону. Пришлось заякориться.

Перед глазами вспыхнула надпись от Слова.

Зафиксировано разрушение тканей носителя.

Причина: воздействие некротической энергии.

Нанороботы осуществляют локализацию повреждений.

Рекомендация: покинуть зону некротической активности в течение 3 часов.

Я мысленно смахнул надпись и вгляделся внутрь серого тумана. Плот стоял как раз напротив «Авроры».

Разлагающиеся трупы матросов собрались у борта и молча смотрели в мою сторону. Зрелище не для слабонервных. В воду они не лезли, — и это радовало.

За спиной тихо загудел Бубен. Потом устало произнёс:

— Как я и думал. Снять купол не в моих силах.

Ткнул в преграду Ухнебом. Тело, как любит говорить Слово, «носителя», то бишь меня, скрутила судорога. Я убрал Ухнеб и достал топор Лесника.