Книга Спасибо деду за Победу!, страница 110 – Алексей Махров

Так ничего толкового и не придумав, я снова заснул. В этот раз мне приснился Путин, назначивший меня министром здравоохранения. На мою попытку объяснить, что я в этом ничего не смыслю, президент твердо сказал: «Научишься!»

Утреннее пробуждение началось с жуткой боли — ноги словно в кипяток окунули. Мало того — левую дергало тиком. Если это отходняк после контузии, то приятного в нем мало. Скрипя зубами, пытаюсь растереть конечности, но выходит плохо — руки слабые, да и согнуться толком не могу, а потому — не дотягиваюсь ниже колен. Наконец, после получасовой борьбы с собственным организмом, мокрый от пота, обессиленно откидываюсь на подушку. Кажется, что боль немного отпустила. Или просто притерпелся? Радует только, что начали двигаться обе ноги — значит, не парализован.

Через некоторое время появляется медсестра. Не пожилая Ольга Гавриловна, а молодая, лет двадцати, девчонка с жуткими прыщами на лице. Заливаясь малиновым цветом, сестричка робко интересуется:

— Как самочувствие, ранбольной?

— Замечательно, красавица! — кривясь от боли, заверяю я. — Тебя как зовут?

— Евдокия! — покраснев еще больше (хотя, казалось бы, куда больше?), представляется девушка.

— Дуня, стало быть… Принеси-ка мне, Дуняша, водички! И попить и морду протереть.

— Да, сейчас… конечно! — Сестричка галопом срывается с места.

Какая-то она чересчур впечатлительная. Новичок, что ли? Обычно медперсонал быстро становится чуточку циничным. Ладно, разберемся…

Сестричка оказалась проворной — притащила воду минут через пять. Большой кувшин для питья и целое ведро для умывания.

— Куда столько? — спросил я, залпом выхлебав два стакана подряд.

— Чего? — невпопад сказала медсестра.

— Зачем ты целое ведро воды притаранила? Хватила бы ковшика.

— Так Пал Михалыч распорядился вас протереть! — старательно отводя в сторону глаза, ответила Евдокия.

Это что же? Краснеющая при виде парня девчонка будет мыть не только мою морду, но и… все остальное? И тут тело преподнесло новый сюрприз — при одной только мысли, что ко мне сейчас начнут прикасаться женские руки, член немедленно принял вертикальное положение, словно ракета на стартовом столе. Заметив странную метаморфозу под вздувшейся простыней, Дуняша тихо пискнула и унеслась в коридор с третьей космической скоростью — только белая косынка мелькнула.

— Вот зараза! — рассмеялся я. — И что мне с тобой делать?

К кому обращался, к сбежавшей медсестре или родному организму? Фиг знает… Прошло минут пять, а эрекция и не думала идти на спад. Неловкости я не испытывал — не мальчик ведь, чтобы из-за такой ерунды смущаться. Скорее мне было любопытно — как выкрутится из возникшей коллизии Дуня. Однако девушка не стала решать проблему в одиночку, а прибегла к помощи тяжелой артиллерии РГК — в палату неспешно вошла Гавриловна. Дуняша пряталась за ее спиной.

— Ты что же творишь, охальник? — грозно начала старушка, одним взглядом обозрев диспозицию, но потом, не выдержав, весело рассмеялась. — Дура ты, Дунька! Парень-то после контузии — вчера руками и ногами пошевелить не мог. С ложечки его кормила… А сегодня он елдой хвастается. Значит, на поправку пошел! Ты как тут, милок?

— Лучше, уже лучше, Гавриловна! С утра ноги болели, зато шевелиться начали! И с руками почти порядок… Зрение — в норме! — доложил я.