Книга Приступить к ликвидации!, страница 103 – Алексей Махров

— Не надо смотреть на них так плотоядно! Это не шлюхи, а жены генералов, — наклонившись к моему уху, прошептал Павленко, заметив мой удивленный взгляд. — Приехали навестить мужей. Иди за мной, нам на второй этаж.

Над центральной площадкой большой лестницы висели портреты в золоченых рамах. В центре — Гитлер, смотрящий куда–то вдаль, в будущее, которое он строил на костях. Слева от него — розовощекий Геринг с маршальским жезлом в руке. Справа — Гиммлер в круглых очках, похожий на школьного учителя, который тайком нюхает девочек в классе. Я подумал о том, что на этой стене еще полгода назад висели портреты Сталина, Ворошилова, Буденного. А вместо скрипочек играл духовой оркестр.

Мы прошли через зал к лестнице — по пути Павленко раскланивался со знакомыми. Мне показалось, что в их число входят почти все присутствующие.

На втором этаже обстановка была камерной — полы устланы мягкой, заглушающей шаги ковровой дорожкой, на стенах гравюры с видами Берлина, Мюнхена и Дрездена. У входа в длинный коридор Павленко остановился и обернулся ко мне.

— Здесь два игровых зала. В большом — рулетка и блэк–джек. Туда ходят отдыхать, деньги там крутятся небольшие. А малый — для карт. Бридж, покер. Большие ставки. Туда пускают только избранных, — объяснил Игнат вполголоса. — Мы сегодня играем в малом. Я представлю тебя, как моего личного гостя. Сделаю вид, что одолжил тебе пятьсот марок. Твоя задача — грамотно их спустить. Сделать вид, что ты проиграл в честной борьбе, а не просто тупо слил.

— Понял, — кивнул я.

— Следи за моими сигналами, — продолжал Павленко. — Если я почешу мочку уха — повышай. Если поправлю усы — пасуй, какая бы карта ни была.

— А если почешете нос? — спросил я, не удержавшись от улыбки.

— Тогда ты снимаешь штаны и танцуешь на столе польку! — Павленко посмотрел на меня и тоже усмехнулся. Но через пару секунд добавил серьезным тоном: — А если без шуток: нашими партнерами за столом будут три генерала, и каждый из них — довольно опытный игрок. Ты должен выглядеть как новичок, который не понимает, что делает.

— А если мне действительно повезет?

— Проиграй! — Павленко сказал это жестко, без колебаний. — Наша задача не заработать деньги, а ровно наоборот — проиграть в упорной борьбе, чтобы поднять реноме соперников. Пусть они чувствуют себя победителями. Пусть расслабятся. Деньги — это пыль. Информация — вот что важно.

— Наши… гхм… партнеры — кто они? — спросил я.

Павленко оглянулся — лестница была пуста, снизу доносился приглушенный звук оркестрика, играющего вальс «На прекрасном голубом Дунае».

— Первый — генерал–лейтенант Фридхельм Вальзам–Йорг. Начальник оперативного отдела штаба группы армий «Центр». Шестьдесят лет, сухопарый, педантичный. Носит монокль. Говорит отрывисто, как отдает приказы. В покере играет чисто на выигрыш — любит деньги, очень аккуратен, ставит только на верную карту. Относится ко мне с уважением. Мы якобы «старые знакомые» по Первой мировой. — Павленко помолчал, давая мне время запомнить. — Второй — генерал–майор Буркхард фон дер Грёбен. Пятьдесят пять лет, начальник тыла штаба. Плотный, коротко стрижен, лицо мясистое, глаза маленькие, хитрые. Любит выпить, для него покер — способ расслабиться. Играет агрессивно, склонен к блефу. С ним я кручу коммерческие махинации на грани закона — это он дал наводку на Корфа. Третий — генерал–майор Торбен Эльзнер. Сорок пять лет, барон из Шлезвиг–Гольштейна. Командир пехотной дивизии, сейчас она на переформировании в Минске. Аристократ, безупречные манеры, говорит тихо, с легкой иронией. На карты ему наплевать — ходит играть, чтобы не оставаться по вечерам в одиночестве.