Книга Игра переходит в эндшпиль, страница 24 – Алексей Махров

Дверца «Мерседеса» распахнулась, и из него неторопливо, словно на прогулке, вышел штурмбанфюрер СС Аксель Корф. Следом из машины вылез обершарфюрер Краузе, с кожаной папкой под мышкой.

Корф что–то скомандовал (я не услышал за стеклами) и из–под тента «Опеля» стали выскакивать эсэсовцы в камуфляжных куртках с автоматами «МР–40» на груди. Они быстро, без суеты, очень профессионально оцепили дом. Двое автоматчиков замерли у тела Бесаги возле «Шкоды», ещё двое — у арки подворотни на противоположной стороне улицы.

Корф, внимательно осмотрев тело поляка, направился к подъезду. Краузе — тенью за ним. Я вышел встречать их на лестничную площадку.

Штурмбанфюрер поднимался медленно, с тем особым достоинством, которое свойственно людям, облечённым большой властью и привыкшим, что мир вращается вокруг них. Его голубые глаза смотрели с деланным добродушием.

— А, лейтенант Шварц, — произнёс он, увидев меня, и его губы растянулись в знакомой ироничной полуулыбке. — Я начинаю подозревать, что вы некий ходячий магнит для неприятностей. Стоило мне на пару часов потерять вас из виду, как вы снова устроили небольшое сражение. Вам бы в отпуск почаще ездить — глядишь, и война бы сама собой закончилась за неимением противника.

— Герр штурмбанфюрер, — я вытянулся по стойке «смирно», щёлкнув каблуками, — рад доложить, что противник уничтожен.

— Сейчас посмотрим, — Корф вальяжно кивнул на дверь квартиры и, не дожидаясь приглашения, вошёл внутрь.

Подошёл к телу Радека в прихожей, наклонился, аккуратно, двумя пальцами потрогал рукоятку ножа, так и торчащую из печени. Хмыкнул — коротко, неопределённо. Достал белоснежный платок, неторопливо вытер руки. Затем прошел в гостиную. Остановился над скрюченным телом Кшися, носком начищенного до зеркального блеска сапога перевернул труп на спину, и несколько секунд смотрел на дырку в голове. Снова хмыкнул. Перевёл взгляд на труп Тодека. Я ожидал нового многозначительного хмыканья, но Корф промолчал, начав оглядываться по сторонам. Я физически ощутил, как его взгляд сканирует каждую деталь. Потом он увидел «ВИС», который фельдфебель Дривс положил на стол.

— Польский пистолет, — констатировал он. — Старый, но в хорошем состоянии. Что ж, по крайней мере, это не какие–то там хулиганы с заточками. Профессионалы.

Закончив осмотр «места преступления», Корф повернулся ко мне. В его глазах плясали бесенята — он явно наслаждался ситуацией.

— А вы, Шварц, умеете находить друзей, — произнёс он с этой своей ироничной ухмылочкой, которая уже начинала меня бесить. — Где бы вы ни появились — вокруг вас немедленно образуются трупы.

Я вытянулся ещё больше — так, что, казалось, позвоночник сейчас хрустнет.

— Герр штурмбаннфюрер, я приехал в Минск из госпиталя после тяжелого ранения, чтобы отдохнуть и подлечиться. А вместо этого вынужден отбиваться от вооружённых бандитов в собственном жилище. Это уже второе нападение на меня за сутки. И после первого никто не удосужился принять хоть какие–нибудь меры безопасности! Прошу оградить меня от посягательств криминальных элементов!

Корф выслушал мою тираду, не перебивая. Его полуулыбка не исчезла, но стала какой–то более… оценивающей, что ли. Он явно прокручивал мои слова в голове, анализируя, ища скрытый смысл.